Читаем Шамал. Том 1 полностью

– Поскольку единодушного мнения нет, и даже наш почтенный мулла сомневается, я, Жан-Люк, объявляю, что к финишу на ноздрю первым пришел Ничак-хан! – Его слова были встречены восторженными криками, которые стали еще громче, когда он добавил: – И поскольку проигравшие боролись так мужественно, я присуждаю им еще одну бутылку виски из запасов Тома, которую реквизирую для распития всеми экспатриантами сегодня на закате!

Каждый пожал руку каждому. Ничак-хан согласился на еще один «кубок вызова» через месяц и, поскольку он чтил закон и не пил спиртного, он после яростной торговли продал-таки выигранную им бутылку виски Жан-Люку за половину ее подлинной стоимости. Вновь раздались приветствия, и тут кто-то встревоженно крикнул.

К северу, далеко в горах, в долину падала красная сигнальная ракета. Стало тихо в одно мгновение. Ракета исчезла. Потом другая взвилась красной дугой и начала медленно опускаться: SOS. Срочно.

– Экстренная эвакуация, – сказал Жан-Люк, вглядываясь в даль. – Должно быть, на вышке «Роза» или на «Беллиссиме».

– Иду. – Скот Гаваллан заторопился прочь.

– Я с тобой, – сказал Жан-Люк. – Возьмем 212-й, сделаем для тебя контрольный полет.

Через несколько минут они были в воздухе. «Роза» была одной из вышек, которые они получили по контракту, перешедшему к ним от «Герни», «Беллиссима» была одним из их регулярных клиентов. Все одиннадцать буровых вышек в их районе эксплуатировались итальянской компанией по контракту с «Иран Ойл», и хотя у всех была радиосвязь с «Загрос-З», из-за гор и эффекта рассеивания связь эта оказывалась не всегда надежной. Сигнальные ракеты заменяли ее в экстренных случаях.

212-й уверенно набирал высоту, миновав три километра, заснеженные долины посверкивали под ними на солнце, эксплуатационный потолок у машины составлял почти пять с половиной тысяч метров, в зависимости от нагрузки. Вышка «Роза» появилась впереди на небольшом безлесом плато на высоте три с половиной километра. Несколько трейлеров для жилья, сараи, в беспорядке разбросанные вокруг высокой вышки. И вертолетная площадка.

– Вышка «Роза», говорит Жан-Люк. Как слышите меня? – Он терпеливо подождал.

– Слышу тебя хорошо, Жан-Люк! – раздался радостный голос Миммо Серы, человека компании – самая высокая должность на участке – инженера, руководившего всеми работами. – Что ты нам везешь, а?

– Niente[30], Миммо! Мы увидели красную ракету и просто проверяем, что стряслось.

– Мадонна, экстренная эвакуация? Это не у нас.

Скот немедленно прервал заход на посадку, выровнял вертолет и взял новый курс, забираясь выше на горный гребень.

– «Беллиссима»?

– Проверим.

– Сообщите нам, а? Мы не выходили с ними на связь с начала пурги. Какие последние новости?

– Последнее, что мы слышали, это Би-би-си два дня назад: они говорят, что «бессмертные» подавили восстание кадетов летной школы и гражданских лиц на базе в Дошан-Таппехе. Никакой информации не было ни из тегеранского офиса, ни от кого-то еще. Если что получим, я свяжусь с вами по рации.

– А, грацие! Жан-Люк, начиная с завтрашнего дня, нам понадобятся еще двенадцать партий шестидюймовой трубы и обычное количество цемента. О'кей?

– Bien sûr![31] — Жан-Люк был в восторге от дополнительного заказа и возможности доказать, что они лучше «Герни». – Как идут дела?

– Прошли до отметки две тысячи четыреста метров, все говорит о том, что тут еще одно золотое дно. Я хочу прогнать скважину в следующий понедельник, если это возможно. Ты можешь заказать для меня «Шлумбергера»?

«Шлумбергер» была всемирной компанией, производившей и поставлявшей скважинные приспособления, которые брали пробы и проводили, с огромной точностью, электронные измерения нефтеносного потенциала и свойств различных пластов, приспособления для направления бурового долота, приспособления для извлечения сломанных долот, приспособления для перфорации, посредством взрыва, стальных обсадных труб скважины, чтобы нефть могла течь в трубу, – вместе со специалистами, которые все это эксплуатировали. Очень дорого, но совершенно необходимо. Прогонка скважины представляла собой последнюю операцию перед цементированием обсадных труб и началом эксплуатации скважины.

– Где бы они ни были, Миммо, в понедельник мы их привезем… если будет на то воля Хомейни!

– Mamma mia, скажи Насири, что они нам просто необходимы.

Голос в наушниках быстро затухал.

– Нет проблем. Я свяжусь с тобой на обратном пути. – Жан-Люк посмотрел вниз через стекло кабины. Они шли над гребнем, поднимаясь все выше, и двигатели начинали работать с натугой. – Merde, есть-то как хочется, – сказал он, потягиваясь на сиденье. – У меня такое ощущение, будто меня массажировали отбойным молотком, но, Господи, какая чудесная вышла гонка!

– Знаешь, Жан-Люк, а ты ведь пересек финишную черту на секунду раньше Ничак-хана. Как минимум.