Читаем Шамал. Том 1 полностью

Они увидели крошечную закутанную фигурку, человек стоял рядом с вертолетной площадкой и махал им руками.

– Кто это?

– Кажется, Пьетро. – Скот сосредоточил все внимание на посадке. На такой высоте и из-за расположения уступа всегда могли возникнуть внезапные порывы ветра, завихрения, смерчи – права на ошибку не было. Он зашел со стороны пропасти, вихревые потоки их слегка поболтали, он виртуозно выровнял машину, снизился и сел.

– Хорошо.

Жан-Люк снова перевел взгляд на закутанного человека, в котором теперь узнал Пьетро Фиери, одного из буровых мастеров, вторых по значению лиц на буровой после человека компании. Они увидели, как он провел рукой в районе горла – глуши двигатели. Значит, экстренная эвакуация на этот раз не предполагала немедленного отлета.

Жан-Люк знаком подозвал итальянца к окошку кабины и открыл его.

– Что стряслось, Пьетро? – спросил он, перекрикивая рев двигателей.

– Гинеппа слег, – прокричал в ответ Пьетро – Марио Гинеппа был человеком компании на этой буровой – и хлопнул себя по груди слева. – Мы думаем, наверное, сердце. И это еще не все. Гляди! – Он показал рукой наверх.

Жан-Люк и Скот пригнулись, пытаясь заглянуть наверх через стекло кабины, но не увидели того, что приводило итальянца в такое возбуждение.

Жан-Люк расстегнул ремень безопасности и выбрался наружу. Холод со всех сторон ударил в него, и он поморщился, глаза заслезились от круговерти, производимой винтом вертолета, черные очки помогали совсем мало. Потом он увидел, в чем была проблема, и желудок у него неуютно заворочался. Метрах в ста чуть ниже гребня горы и практически над самим лагерем намело огромный козырек изо льда и снега.

– Мадонна!

– Ежели эта штука рухнет, лавина сползет по всему склону и, наверное, утащит с собой и нас, и вообще все, что тут есть, в долину внизу! – Лицо Пьетро посинело от холода. Это был плотный, очень сильный человек; карие глаза над темной, с проседью бородой внимательно поблескивали, хотя и превратились от ветра в узкие щелки. – Гинеппа хочет с тобой поговорить. Зайдем к нему в трейлер, а?

– А это? – Жан-Люк ткнул большим пальцем вверх.

– Ежели рухнет, так рухнет, – со смехом ответил Пьетро, его зубы белоснежно блеснули на темном фоне перепачканной нефтью парки. – Пошли! – Пригнувшись, он вынырнул из-под винта и зашагал прочь. – Давай пошли!

Жан-Люк беспокойно оглянулся на снежный козырек. Он мог проторчать там еще недели или обрушиться в любое мгновение. Над гребнем горы небо было безоблачным, но полуденное солнце почти не давало тепла.

– Останься здесь, Скот. Двигатели не глуши, – крикнул он и неуклюже последовал по глубокому снегу за Пьетро.

В двухкомнатном трейлере Марио Гинеппы было тепло и неприбрано, на стенах – карты, перепачканная нефтью одежда, толстые перчатки, пластмассовые каски на крючках, атрибуты ремесла нефтяника разбросаны по всей комнате, служившей одновременно и кабинетом, и гостиной. Сам хозяин в спальне лежал на кровати полностью одетый, только без ботинок. Марио был крупным высоким мужчиной сорока пяти лет с впечатляющим носом: его лицо, обычно красное и обветренное, сейчас было мертвенно-бледным, губы приобрели странный синеватый оттенок. С ним находился буровой мастер из другой смены, Энрико Банастазио – маленький смуглый человечек с темными глазами и узким лицом.

– А, Жан-Люк! Рад тебя видеть, – устало произнес Гинеппа.

– А я тебя mon ami. – Изрядно встревоженный, Жан-Люк расстегнул свою летную куртку и сел рядом с кроватью. Гинеппа руководил работами на «Беллиссиме» уже два года – работа по полсуток через полсуток, два месяца на буровой, два месяца отпуск – и уже пробурил три производительных скважины и нашел место для четвертой. – Тебе, я смотрю, светит больница в Ширазе.

– Это не важно, первым делом – козырек. Жан-Люк, я хо…

– Мы эвакуируемся и оставляем этого stronzo[33] в руках Господа, – сказал Банастазио.

– Mamma mia, Энрико, – раздраженно проговорил Гинеппа. – Я повторяю, мне кажется, мы можем Господу в этом пособить. С помощью Жан-Люка. Пьетро согласен. А, Пьетро?

– Да, – ответил Пьетро с порога, пожевывая зубочистку. – Жан-Люк, я вырос в Аосте, это в итальянских Альпах, так что про горы и лавины я все знаю, и мне ка…

– Si, е sei pazzo. Да, и ты совсем рехнулся, – грубо бросил ему Банастазио.

– Nel tuo culo. В задницу тебя. – Пьетро небрежно сделал неприличный жест. – С твоей помощью, Жан-Люк, убрать этого stronzo будет пара пустяков.

– Что вы хотите чтобы я сделал? – спросил Жан-Люк.

Ему ответил Гинеппа:

– Возьми Пьетро и поднимись к гребню в то место, которое он тебе покажет на северном склоне. Оттуда он бросит в снег динамитную шашку и направит вниз лавину, которая избавит нас от этой опасности.

Пьетро просиял.

– Ррраз – и никакого тебе козырька.

Банастазио повторил еще более сердито, по-английски он говорил с выраженным американским акцентом:

– Ради всех святых, повторяю вам еще раз, это слишком рискованно, черт возьми. Нам нужно сначала эвакуировать базу, потом, если уж вам так хочется, взрывайте свой динамит.