Читаем Сердце фейри полностью

Часть разума, целитель в ней, кричал, что ей нужна вода. Не эль. Не виски. Вода. Чистая вода поможет телу. Вокруг было много воды, но не питьевой. Она облизнула сухие губы и желала смерти.

— Сорча! Уйди от борта!

Она подняла голову и старалась не дрожать.

— Не могу, капитан.

— Живо!

— Не могу, — прошептала она. — Не могу пошевелиться.

Загорелая кожа и волосы с бусинами прошли к ней.

— Приказы исполняются, девочка. Вставай.

— Нет.

— Встань!

Сорча склонилась за борт, молилась, чтобы боги слышали ее. Забрали ее. Как-то покончили с этим. Если бы ее перестало тошнить хоть на пару минут, она посчитала бы себя счастливой.

Манус схватил ее за юбку и потянул. Колени дрожали, мышцы скрипели, тело склонилось, ее тошнило.

— Хватит! — кричал он. — Мы плывем в ту бурю, что я тебе показал, и я не хочу, чтобы ты была у борта! Фейри хотели тебя в Гибразиле, туда ты и плывешь. В каюту!

Он отпустил, и Сорча упала на четвереньки.

— Я не буду в одной комнате с тем жутким вороном!

— Ворон? — Манус покачал головой. — Один он не уйдет. Мне плевать, кто в комнате с тобой. Ты уйдешь туда, пока мы не попали в бурю.

— Почему нельзя быть на палубе? — она посмотрела на него большими глазами, лицо было бледным. — Я не буду мешать. Свежий воздух помогает.

— Уверен, милая. Но буря ударит с силой. Волны будут заливать палубу. В каюте ты хоть сможешь держаться за кровать. Крепко сжимай столбики. Не отпускай, пока я не приду за тобой.

Он протянул руку. Сорча смотрела на его ладонь, как на змею, что могла укусить. В каюте ее будет тошнить еще сильнее.

Но она не хотела уплыть в океан в бурю. Она вздохнула и шлепнула рукой по его ладони.

— Ненавижу океан.

Манус рассмеялся.

— Многие ненавидят. Он жесток. Но может и соблазнять.

— Вы про бурю? — спросила она, шагая к каюте.

— И это, но тут мы ее не увидим.

— Как тогда назвать тот шторм?

Он открыл дверь и втолкнул ее.

— Я зову его создателем вдов. Береги себя.

Манус захлопнул дверь, пол сотрясся. Ворон хлопнул крыльями по столу в гневе.

— Да, — шепнула она. — Согласна. Он очарователен, но и груб.

Корабль резко накренился. Он сотрясся от удара носом об воду. Ругаясь, Сорча споткнулась и снова упала на четвереньки.

— Он не шутил, — пробормотала она.

Встать не удавалось, корабль качало. Она стонала от страха и тошноты, ползла к кровати. Ее ладони сжали темные покрывала, что сползали, пока она подтягивалась.

Сорча сжала столбик и подняла себя. Желудок снова сжался. Было нечем тошнить, но она все же склонилась с края кровати.

Волна бросила корабль на стены океана. Мешок Сорчи стукнул о стену, стол капитана упал на пол с гулом.

Она зажмурилась и обняла подушку. Она могла лишь ждать. Она не могла помочь на палубе, она не умела. Им не требовалось пока что исцеление. Она могла лишь выполнять приказы и не мешаться.

Это было против ее характера, но она оставалась на месте.

Она услышала крики, и корабль встал, как дерево. Она сжала столбики кровати и шептала молитвы.

— Прошу, — вопила она. — Я не хочу умереть так далеко от дома, от семьи, от земли. Фейри воды и неба, помогите нам.

Ворон взлетел, недовольно каркая. Корабль двигался снова, рухнул на волны, что словно стали камнем. Сорча кричала.

Столбик треснул с хрустом. Кусок взлетел в воздух из-за качки корабля. Кто-то ударился о дверь каюты, что задрожала от веса мужчины.

Сорча вытянула руки.

— Если мы умрем вместе, я хоть дам тебе имя. Бран!

Ворон вскинул голову, словно узнал имя.

— Иди сюда!

Корабль содрогнулся, мужчина у двери закричал, вода смыла его. Сорча смотрела, как гремит ручка, и шептала молитву, чтобы мужчина остался на корабле. Лишь бы они уцелели.

Бран бросился к ней, корабль взобрался на волну. Сорча обхватила его руками и прижала к груди. Ладонь гладила перья на его груди, другая сжимала столбик.

— Я не думала, что так умру, — шептала она, признаваясь ворону. — Я думала, что буду на шесте. Мою мать звали ведьмой. Она говорила с фейри, верила в старые истории. Потому ее сожгли заживо. Я помню это.

Она прижала лицо к его спине. Бран спрятал клюв у ее горла.

— Я не ведьма. Я не странная, не пугающая, у меня нет знаний, что нельзя выучить. Ничто не мешает мне верить в фейри или оставлять им дары, потому что так было раньше. Нам нужно заботиться о них, ведь они тогда заботятся о нас. Не за плату, а потому что они добрые, они такие, какими перестали быть люди.

Корабль содрогнулся и замер. Сорча слушала стон дерева, вода лилась с боков, дождь стучал по палубе. Они перестали двигаться.

Раздался оглушительный рев, сотряс корабль. Высокие крики людей присоединились к нему, и Сорча с ужасом поняла, что опекун схватил корабль руками. Она представила тот рот, раскрытый в крике, бледные тонкие руки, сжимающие корабль, как детскую игрушку.

Они умрут.

Сорча закрыла глаза, медленно дышала. Она провалилась сразу же. Но задание изначально было невозможным. Фейри не хотели, чтобы она нашла лекарство. Они хотели посмотреть на попытку глупого человека, что так легко им поверил.

Ладони шлепнули по бокам корабля. Скрежет был слишком тихим для пальцев опекуна.