Читаем С Евангелием полностью

Природа говорит: “Пускай ты царь творенья,Кто дал тебе, скажи, венец твой золотой?Ужель ты возмечтал, в безумном ослепленьи,Что я раба твоя, а ты — властитель мой?Частицу тайн моих тебе постичь дала я.И ты возмнил, пигмей, что вот, меня познал.Что дерзко заглянул в мое “святых святая”,И свой там начертал закон и идеал.Глупец! Я захочу — и, пораженный страхом,Покорней станешь ты моих смирнейших псов.Я землю потрясу — и разлетится прахомВеличие твоих гигантов — городов!Я вышлю грозный мор с его сестрой — войною,Цветущие поля я превращу в пески,Я разолью моря, одену солнце мглою.И взвоешь ты, как зверь, от страха и тоски.Поверь, мне дела нет ни до твоих стремлений,Ни до твоих надежд» Я знаю лишь числаБезжалостный закон. Ни мук, ни наслаждений,Ни блага, ни добра нет для меня, ни зла.В победном шествии к неведомой святынеНе знаю цели я, начала иль конца,Рождаю и топчу без гнева и гордыниСлона и червяка, глупца и мудреца.Живи ж, как все живет! Минутною волноюПлесни — и пропади в пучинах вековых!И не дерзай вставать на буйный спор со мною,Предвечной матерью всех мертвых и живых!”Так в вихре, в молниях, в грозе стихий природаГремит, как легион нездешних голосов.Но с поднятым челом и с возгласом “Свобода!”В обетованный край своих лазурных снов,Сквозь бурю, ливень, мрак, в долине тихой рая,Шатаясь, падая под ношей крестных мукВперед идет титан, на миг не выпускаяХоругви правды и добра из мощных рук.И гордо говорит: “Кто б этот пыл священныйМне в душу не вдохнул, карая иль любя,Игра бездушных сил иль Разум сокровенный —Вновь погасить его нет власти у тебя!Мертва ты и слепа в своей красе суровой,Из книги Бытия, законодатель новый,Я вычеркну порок, скажу: погибни тьма!Скажу: зажгись рассвет! Взойди Эдем в пустыне,Где след я оставлял тяжелого труда!И будешь ты сама служить моей святынеИль я с лица земли исчезну навсегда…(Арх. Евдок.)

ЗАПЕЧАТЛЕННЫЕ (Откр. 7, 4)

Взгляни, светлое солнышко, на нашу мрачную землю и согрей ее своими теплыми, ласковыми лучами. Согрей и деревья, и травку, и цветочки, и маленькую букашечку, которая притаилась у стены забора, готовая уже умереть от холода. Согрей ты, любимое солнышко, и животных, так усердно и невольно служащих человеку, и зверюшек согрей, ищущих себе пищу в пустынях и дебрях лесных, согрей и гордого нынешнего человека, который, в своей культурной надменности, застывает от внутреннего духовного холода и вражды. Всех согрей нас, теплое солнышко, и не прячь так долго от нас свое светлое и милое лицо…

Эсхатологический век! (XX-ый). Сколько в тебе тьмы, сколько зла и горя, бед и напастей! А сколько новых открытий, достижений, блестящих успехов в технике, науке, искусстве!

И все-таки на душу веет какой-то неведомый, таинственный холод, какая-то жгучая тревога и страх… Что это такое? Зачем это? Или люди сами на себя нагоняют страх и трепет? Выдумывают какие-то опасности и злоключения, которые будто ожидаются впереди… И особенно в этом искусны церковники. Они, основываясь на своем писании, говорят, что времена теперь очень тяжкие, а впереди будут еще тяжелее. А потом будет и конец света! Так ли все это? Конечно, так! Истинно так!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу
Ангел над городом. Семь прогулок по православному Петербургу

Святитель Григорий Богослов писал, что ангелы приняли под свою охрану каждый какую-либо одну часть вселенной…Ангелов, оберегающих ту часть вселенной, что называется Санкт-Петербургом, можно увидеть воочию, совершив прогулки, которые предлагает новая книга известного петербургского писателя Николая Коняева «Ангел над городом».Считается, что ангел со шпиля колокольни Петропавловского собора, ангел с вершины Александровской колонны и ангел с купола церкви Святой Екатерины составляют мистический треугольник, соединяющий Васильевский остров, Петроградскую сторону и центральные районы в город Святого Петра. В этом городе просияли Ксения Петербургская, Иоанн Кронштадтский и другие великие святые и подвижники.Читая эту книгу, вы сможете вместе с ними пройти по нашему городу.

Николай Михайлович Коняев

Православие
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)
Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.)

В царствование последнего русского императора близкой к осуществлению представлялась надежда на скорый созыв Поместного Собора и исправление многочисленных несовершенств, которые современники усматривали в деятельности Ведомства православного исповедания. Почему Собор был созван лишь после Февральской революции? Мог ли он лучше подготовить Церковь к страшным послереволюционным гонениям? Эти вопросы доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета С. Л. Фирсов рассматривает в книге, представляемой вниманию читателя. Анализируя многочисленные источники (как опубликованные, так и вводимые в научный оборот впервые), автор рассказывает о месте Православной Церкви в политической системе Российского государства, рассматривает публицистическую подготовку церковных реформ и начало их проведения в период Первой русской революции, дает панораму диспутов и обсуждений, происходивших тогда в православной церковно-общественной среде. Исследуются Отзывы епархиальных архиереев (1905), Предсоборного Присутствия (1906), Предсоборного Совещания (1912–1917) и Предсоборного Совета (1917), материалы Поместного Собора 1917–1918 гг. Рассматривая сложные вопросы церковно-государственных отношений предреволюционных лет, автор стремится избежать излишней политической заостренности, поскольку идеологизация истории приводит лишь к рождению новых мифов о прошлом. В книге показано, что Православная Российская Церковь серьезно готовилась к реформам, ее иерархи искренне желали восстановление канонического строя церковного управления, надеясь при этом в основном сохранить прежнюю симфоническую модель отношений с государством.

Сергей Львович Фирсов

Православие