Читаем Русский романс полностью

Я о прошлом теперь не мечтаю,И мне прошлого больше не жаль.Только много и много напомнитЭта темно-вишневая шаль.В этой шали я с ним повстречалась,И любимой меня он назвал,Я стыдливо лицо закрывала,А он нежно меня целовал!Говорил мне: «Прощай, дорогая,Расставаться с тобою мне жаль.Как к лицу тебе, слышишь, родная,Эта темно-вишневая шаль!»Я о прошлом теперь не мечтаю,Только сердце затмила печаль,И я молча к груди прижимаюЭту темно-вишневую шаль.

618. Улица, улица[619]

Раз возвращаюсь домой я к себе:Улица странною кажется мне.Раз возвращаюсь домой я к себе:Улица странною кажется мне.        Левая, правая        Где сторона?        Улица, улица,        Ты, брат, пьяна..;И фонари так неясно горят,Смирно на месте никак не стоят, —Так и мелькают туда и сюда.Эх! Да вы пьяные все, господа!        Левая, правая…Ты что за рожи там, месяц, кривишь,Глазки прищурив, так странно глядишь?Лишний стаканчик хватил, брат, вина;Стыдно тебе — ведь уж ты старина.        Левая, правая…

619. «Вам не понять моей печали…»[620]

Вам не понять моей печали,Когда, растерзанны тоской,Надолго вдаль не провожалиТого, кто властвует душой!Того, кто властвует душой!      Вам не понять, вам не понять,      Вам не понять моей печали!Вам не понять моей печали,Когда в очах, вам дорогих,Холодности вы не читали,Презренья не видали в них.      Вам не понять…Вам не понять моей печали,Когда трепещущей рукой,В порывах гнева, не сжигалиПисьма подруги молодой.Вам не понять моей печали!      Вам не понять…Вам не понять моей печали,Когда вы ревности вулканВ своей груди не ощущалиИ не тревожил вас обман.Вам не понять моей печали!      Вам це понять…

620. «Не уходи, побудь со мною…»[621]

Не уходи, побудь со мною,Здесь так отрадно, так светло,Я поцелуями покроюУста, и очи, и чело.      Побудь со мной,      Побудь со мной!Не уходи, побудь со мною,Я так давно тебя люблю.Тебя я лаской огневоюИ обожгу и утомлю.      Побудь со мной,      Побудь со мной!Не уходи, побудь со мною,Пылает страсть в моей груди.Восторг любви нас ждет с тобою,Не уходи, не уходи.      Побудь со мной,      Побудь со мной!

621. «Ничего мне на свете не надо…»[622]

Ничего мне на свете не надо,Я готов все отдать полюбя.Мне осталась одна лишь отрада —Баловать и лелеять тебя.Я внимательно слушаю сказки,Их из уст твоих жадно ловлю.Я смотрю на лазурные глазкиИ хочу говорить, что люблю.Я люблю тебя крепко, голубка,Для меня ты дороже всего.Я люблю твои алые губкиИ улыбку лица твоего.Я люблю твою косу густую,Так люблю, что сказать нет и слов.Дай хоть раз я тебя поцелую,И тогда умереть я готов.

622. Уходи[623]

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда
Сонеты 97, 73, 75 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда

Сонет 97 — один из 154-х сонетов, написанных английским драматургом и поэтом Уильямом Шекспиром. Этот сонет входит в последовательность «Прекрасная молодёжь», где поэт выражает свою приверженность любви и дружбы к адресату сонета, юному другу. В сонете 97 и 73, наряду с сонетами 33—35, в том числе сонете 5 поэт использовал описание природы во всех её проявлениях через ассоциативные образы и символы, таким образом, он передал свои чувства, глубочайшие переживания, которые он испытывал во время разлуки с юношей, адресатом последовательности сонетов «Прекрасная молодёжь», «Fair Youth» (1—126).    При внимательном прочтении сонета 95 мог бы показаться странным тот факт, что повествующий бард чрезмерно озабочен проблемой репутации юноши, адресата сонета. Однако, несмотря на это, «молодой человек», определённо страдающий «нарциссизмом» неоднократно подставлял и ставил барда на грань «публичного скандала», пренебрегая его отеческими чувствами.  В тоже время строки 4-6 сонета 96: «Thou makst faults graces, that to thee resort: as on the finger of a throned Queene, the basest Iewell will be well esteem'd», «Тобой делаются ошибки милостями, к каким прибегаешь — ты: как на пальце, восседающей на троне Королевы, самые низменные из них будут высоко уважаемыми (зная)»  буквально подсказывают об очевидной опеке юного Саутгемптона самой королевой. Но эта протекция не ограничивалась только покровительством, как фаворита из круга придворных, описанного в сонете 25. Скорее всего, это было покровительство и забота  об очень близком человеке, что несмотря на чрезмерную засекреченность, указывало на кровную связь. «Персонализированная природа во всех её проявлениях, благодаря новаторскому перу Уильяма Шекспира стала использоваться в английской поэзии для отражения человеческих чувств и переживаний, вследствие чего превратилась в неистощимый источник вдохновения для нескольких поколений поэтов и драматургов» 2023 © Свами Ранинанда.  

Автор Неизвестeн

Литературоведение / Поэзия / Лирика / Зарубежная поэзия