Читаем Русская кухня: от мифа к науке полностью

Пряники — неотъемлемая часть нашего старого быта. Ими лакомились дети, влюбленные дарили друг другу с различными надписями и рисунками. Пряники были украшением столов и угощением во все праздничные дни. Пряники жертвовали нищим, приносили для панихиды по умершим в церковь. Их дарили на брачных пиршествах, подносили в прощеное воскресенье, последний день Масленицы (cм. ил. 19 цветной вкладки).

«Ростовская пряница» — фотография этой уникальной выпечки находится сейчас в Российском этнографическом музее. Сама же эта свадебная пряница и обряды, которые сопровождали ее употребление, были неоднократно подробно описаны местными краеведами[446]. Пряник в аршин шириной и полтора аршина (чуть более метра) в длину делался по заказу жениха. На него ставились разные фигуры из того же пряника, украшенные разноцветной фольгой, золотом с серебром. Вся выпечка представляла собой большую коврижку около 9 сантиметров толщиной, на которой укреплялись разнообразные фигуры из пряничного теста.

При этом пряники выполняли не только обрядово-религиозную функцию, но также имели особый смысл при встрече гостей. К примеру, подача на стол так называемого разгонного пряника означала, что трапеза подошла к концу, а гости могут постепенно расходиться по домам.

Русские пряники отличались огромным разнообразием рецептов. Ростовские пряники делались из меда, специй, пшеничной и картофельной муки. Тульские — со сладкой малиновой или кисловатой сливовой прослойкой. Покровские готовились без яиц.

Во Владимирской губернии пряники бывали двух сортов — кислые и пресные. Те и другие пеклись на патоке с медом. Первые, подороже, на заквашенном тесте, были толще пресных и имели вид коврижек темно-коричневого цвета. Вторые — тонкие, желтого цвета. «Выбор зависел от покупателя: богатые покупали кислые пряники с насыпкой. Те, кто победнее, довольствовались пресными пряниками»[447].

Тульский — самый популярный русский печатный пряник, известный еще с XVII века. Традиционная прямоугольная форма и минималистский дизайн делают продукцию заводов «Старая Тула» и «Ясная Поляна» невероятно узнаваемой. А начинку (в основном это повидло или сгущенка, которую стали использовать в советские времена) каждый уже выбирает на свой вкус.

Вяземский пряник появился примерно в одно время с тульским. «Упоминание в том же году (1646 г.) „пряничника“ дает основание предполагать, что и тогда известны были так называемые „вяземские пряники“», — пишет историк Иван Виноградов[448]. Вяземский пряник — изделие из битого теста, миндальной муки и меда небольшого размера (примерно 4 на 2,5 см). Отличительный признак — три буквы: ВЯЗ. Возможно, полностью название пряника просто не помещалось на небольшом изделии. Из-за добавления миндальной муки вяземский пряник был гораздо дороже тульских, городецких и московских: по 1 рублю 50 копеек за фунт, в то время как другие пряники стоили 4 копейки за фунт.


Вяземский пряник, доска и скалка с рисунком-резьбой


Вяземский пряник — действительно дорогое удовольствие. Неслучайно его дарили даже царственным особам. Известно, что местные купцы преподнесли Николаю II пудовый пряник по случаю юбилея династии Романовых в 1913 году. Впрочем, эта слава оказалась недолгой: после революции 1917 года рецепт вяземского пряника оказался практически утрачен. Все восемь находившихся в уезде фабрик были закрыты. А то, что иногда воспроизводили дома местные жители в советское время, превратилось в сильно упрощенный (если не сказать девальвированный) продукт.

Городец — еще один старинный центр российского пряничного производства. Расположенный в Нижегородской губернии, этот городок в конце XIX века мог похвастаться 15 пряничными мастерскими. Как и во многих других губерниях, пряничные рисунки представляли собой природные сюжеты (цветы, птицы, рыбы). В дополнение к ним часто изображались и технические новинки — паровозы, пароходы. Городецкие пряники всегда славились своим немалым размером и весом. Не приходится вести речь о каком-то едином их рецепте: было известно до 30 сортов с лимонной, миндальной, фруктовой начинками. И самое главное, традиция городецких пряников пережила советскую эпоху, сохранив, пусть и в упрощенном виде, наследие старых мастеров.

Рисунки для тиснения пряников вырезались на толстых, из крепкого дерева, досках чрезвычайно глубоко, чтобы рельефнее вытиснить фигуры и орнаменты. Среди пряничных досок с рисунками встречаются рамка или бордюр, составленный из букв и слов, порой не имеющих значения.

Доска «орленая» получила свое название от одного из самых популярных рисунков пряников XVIII века — композиции с двуглавым орлом (российским гербом). Излюбленными в эту эпоху, но уже на небольших досках, были и райские птицы — Сирин и Алконост, львы — бдительные стражи.

Прямоугольной формы пряники с одной несложной композицией именовались штучными. Они делались, к примеру, с помощью доски изображением Древа жизни.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука

Похожие книги