Читаем Ригведа полностью

Примечания

Тема - диалог (samvada) Ямы и его сестры-близнеца Ями. Размер - триштубх. Как характерно для гимнов-диалогов в РВ, в тексте не обозначено, кто какую реплику произносит. В данном гимне нечетные реплики произносит Ями, четные - Яма (Гельднер). По анукрамани же, стих 6 ошибочно приписывается Ями, а стих 9 - Яме. Функции Ямы в РВ несколько неясны и противоречивы. Он нигде не назван богом, а только царем умерших, первым смертным, который умерев, проложил тем самым путь смерти, путь отцов. При этом Яму в РВ называют Vaivasvata - патрономическое имя сын Вивасвата, а Вивасват (Vivasvat букв. сверкающий, лучистый - эпитет Агни и Ушас) был древним солярным богом. Яма становится богом смерти и справедливости лишь в более поздний период.

Имя Yama - значит близнец. В РВ, как и в более поздней древнеиндийской традиции Яма выступает в паре с сестрой-близнецом Ями (Yami). Предполагается, что от этой пары произошел в дальнейшем род человеческий, и, следовательно, человечество возникло от инцеста, что во времена РВ уже осуждалось с моральных позиций. Ями предлагает Яме инцест, тот отвергает ее притязания, и, таким образом, проблема происхождения рода людского остается нерешенной. Наконец, существует еще одна сложность. Из РВ хорошо известно, что прародителем людей является Ману (manu или manus букв. человек). Люди называют Ману своим отцом, он первый учредил жертвоприношения богам, зажег священный огонь, и Индра пил у него Сому. Один раз в самой поздней части РВ - гимнах Валакхилья - Ману назван Vivasvat, что принято интерпретировать как сын Вивасвата, хотя это не патрономическое образование. В более поздних памятниках, начиная с Атхарваведы, и особенно в пуранах, где это становится регулярным, Ману получает эпитет Vaivasvata - и, таким образом, может рассматриваться как сын Вивасвата и брат Ямы. Так, Ману становится дублетом Ямы в функции прародителей людей. В результате Ману выступает как первый человек, живший на земле, а Яма - первый умерший. Вивасват, Яма и Ями имеют соответствия в древней иранской традиции. В данном гимне на переднем плане оказывается проблема продолжения рода человеческого, обсуждаемая на фоне любовной интриги. Структура диалога такова, что в каждом ответном стихе повторяются частично выражения предыдущего стиха. События развиваются следующим образом. Ями предлагает Яме инцест (стих 1). Он отказывается, так как боится богов (2). Она настаивает, подтверждая это тем, что надо иметь потомство (3). Он ссылается на их кровное родство (4). Она апеллирует к андрогинному характеру близнецов (5), но для Ямы важен только закон Митры-Варуны (6). Ями продолжает настаивать (7) и завлекать Яму (9), но он напоминает ей, что боги все видят (8), и советует ей найти себе другого мужа (8, 10). Новые доводы с ее стороны (11) заставляют Яму еще решительнее ей отказать (12). Ями ревнует Яму к другим женщинам (13), а он вновь советует ей выбрать другого мужчину (14)

X, 11. К Агни

Перейти на страницу:

Все книги серии Веды

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература

Похожие книги

Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Поэзия / Древневосточная литература
Баопу-цзы
Баопу-цзы

Трактат выдающегося даосского философа, алхимика, медика и историка Гэ Хуна «Баопу-цзы», написанный около 320 г. н. э., представляет собой своеобразную энциклопедию раннесредневекового даосизма.Учение о Дао-Пути вселенной и путях его обретения, алхимия и магия, медицина и астрология, учение о бессмертных-небожителях и рецепты изготовления эликсира вечной жизни — вот только некоторые из тем, подробно рассматриваемых Гэ Хуном в его «алхимическом апокалипсисе», как назвал трактат «Баопу-цзы» великий российский китаевед академик В. М. Алексеев.Трактат Гэ Хуна уже давно привлекал внимание отечественных исследователей. Еще в 20-е годы над ним начал работать выдающийся синолог Ю. К. Щуцкий, однако его трудам не суждено было завершиться. И только теперь российский читатель получает возможность познакомиться с этим удивительным текстом, в котором переплетаются описания магических грибов и рассуждения о даосизме и конфуцианстве, рецепты трансмутации металлов и увлекательные новеллы о бессмертных, философские размышления и рекомендации по дыхательной практике и сексуальной гигиене.Перевод представляет значительный интерес для востоковедов, культурологов, религиеведов, историков науки, медиков и всех интересующихся духовной культурой Китая.Первый полный перевод трактата «Баопу-цзы» на русский язык выполнен Е.А. Торчиновым.

Гэ Хун

Древневосточная литература / Древние книги