Читаем Путешествия на край тарелки полностью

Так или иначе, столовая предполагает, что в ней готовят, и с этим связаны надежды на обед, основательное питание. В то время как буфет — заведение какое-то легковесное, театральное. Интуиция подсказывает, что школьный буфет сейчас предлагает школьникам чипсо-сникерсо-чупачупсовое раздолье вкупе с прохладительными газировками.

То, что школьник обнаружит в своем домашнем узелке, вряд ли будет пищей «горячей», если, конечно, сверток — не специальный термальный пакет. А в силу определенных традиций российский родитель в школьной еде ценит градус ее нагретости: дети должны получать горячий обед, а не жевать всухомятку.

Но если нет доверия школьному «горячему питанию», можно организовать домашнее, которое, конечно, не будет горячим, но может быть вкусным и питательным. Чем, в самом деле, правильный бутерброд, запиваемый чаем, кофе, какао, соком, даже просто водой (газировке — полная отставка!), хуже? Съесть горячий обед школьник может и дома, после школы.

Обратимся к специалистам. Вспомним того самого знаменитого британского шеф-повара Гордона Рэмзи — по совместительству опытного отца-кормильца (кстати, всегда интересно: чем кормят своих домашних знаменитые кулинары?). Что касается ланч-боксов, то Гордон Рэмзи готовит своей дочери Меган псевдопиццу на основе французского багета: соус из свежих томатов, ветчина прошутто, базилик; сыну Джеку — куриное филе с манго и авокадо, завернутое в тонкую лепешку-тортилью. Еще оба получают по кексу и порции хумуса. Гордон Рэмзи уверен, что в ланч-боксах его детей имеется необходимое количество белков-жиров-углеводов-клетчатки-витаминов, и уверяет, что коробки возвращаются домой опустошенными.

Предположим, что в школе все же готовят еду, а не порционное варево. Но накормить школьника по всем правилам — придумать сбалансированное меню и наблюдать стихийное возрождение общества чистых тарелок — ужасно трудно. Ограниченный бюджет школьных столовых — раз. Преимущество запакованной буфетной еды — два. Три — многие дети вообще плохо едят. С годами это проходит. Хотя некоторые так и остаются «ковырялками» в тарелке или «малоешками». Удивительно, дети тащат в рот всякую гадость, не всегда съедобную, не всегда привлекательную, и наотрез отказываются от разного рода вкусностей. Дети любят «простую» пищу и восстают против смешения вкусовых ощущений. Возможно, вкусовые рецепторы тоже нужно воспитывать?

Как справиться с нежеланием ребенка есть, даже если он голоден? Рецептов нет, при всем многообразии советов психо-, дието- и прочих логов. Прежде всего не стоит превращать еду ни в муштру, ни в развлечение. Может, позиция «еда как сюжет, открытие, познание» привлекательнее? Может, «еда» — не менее значимая костяшка на счетах «образование-культура», чем «чтение», или «музыка», или «спорт»? Гордон Рэмзи считает, что детей следует научить есть сбалансированную пищу с младых ногтей. Тогда они не будут бояться ни лука, ни оливок, не будут подозрительно спрашивать про авокадо, что это такое зелененькое в курином рулетике[36].

И самый стойкий отказник по части еды вынужден что-то есть, даже изредка или очень изредка. За это «что-то» можно зацепиться, от этого можно оттолкнуться. Почти все дети уважают сосиски и курицу, отдают должное пицце, разного рода бутербродам или просто хлебу, сдобной булочке, пирожкам, любят погрызть яблоки, почти никто не отказывается от бананов.

Хорошо, если в школьном расписании достаточно времени для обеда. Хорошо, если в школьном здании есть подходящее помещение для вкушения пищи и оно доступно и тем, кто покупает еду в школе, и тем, кто приносит коробочки из дома. Если эти условия соблюдены, то — простор для фантазии: чем заполнить коробочку для ланча, чтобы она вернулась домой абсолютно пустой, а содержимое было съедено владельцем, а не пущено на другие цели[37].

Но ведь столовые в школах не пустуют. Как их реабилитировать — отлично знает другой знаменитый британский шеф-повар Джейми Оливер. Его опыт — это революция. Долой чипсы и гамбургеры! Кормите меня лучше! Feed Me Better! Его показательные обеды для школьников и петиции правительству имели (что бы ни говорили недоброжелатели) относительный успех. Даже школьники признали, что куриные отбивные со сладким картофелем вкуснее, чем еда из упаковки, и правительство увеличило расходы на школьные обеды.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже