Читаем Путь через равнину полностью

Подъехав к восточному концу острова, они, несмотря на то что это все еще был берег реки, уже могли видеть волны, которые обрушивали шипучую пену на отмель. Эйла поглядела вдаль, и ей показалось, что она видит очертания полуострова. На южной оконечности его находилась пещера Клана Брана, место, где она выросла. Там она родила сына, там, повинуясь приговору, она вынуждена была оставить его.

Интересно, каким он вырос? Наверное, выше, чем его сверстники. А сильный ли он? Помнит ли он ее? Если бы только еще увидеть его, ведь это была бы ее последняя возможность. Отсюда Джондалар решил двигаться на запад. И она никогда уже не будет так близко от Клана, никогда не увидит Дарка. Почему бы им не поехать на восток? Ну, сделать небольшой крюк, а затем уж ехать дальше. Если бы они поехали по северному берегу моря, то через несколько дней добрались бы до полуострова. Ведь Джондалар как-то говорил, что готов ехать с ней, попытайся она поискать Дарка.

— Эйла, взгляни! Не знал, что в Беранском море водятся тюлени. Я не видел этих животных с тех пор, как был подростком и путешествовал с Вилломаром, — возбужденно произнес Джондалар. — Он взял меня и Тонолана посмотреть на Великие Воды, а потом люди, жившие на краю земли, в лодке отвезли нас на север. Ты когда-нибудь видела их прежде?

Эйла посмотрела туда, куда он указывал. Несколько продолговатых созданий, темных со светло-серыми подбрюшьями, неуклюже ползали по каменистой отмели. Затем большинство тюленей скрылись в море. Видимо, отправились за рыбой. Вскоре скрылись и остальные. Тюлени исчезли так же внезапно, как и появились.

— Я видела их только издалека. Зимой. Они лежали на льдинах недалеко от берега. Клан Брана не охотился на них. Их было не достать, хотя Бран как-то сказал, что видел их на скалах возле грота. Некоторые думали, что это духи Зимней Воды, а не животные, но я как-то видела их на льдине, там были и малыши. Мне как-то не верится, что у духов могут быть дети. Не знаю, куда они уплывают летом. Может быть, они приплывают сюда.

— Когда мы вернемся домой, я покажу тебе Великие Воды. Ты не поверишь своим глазам: это большое море, больше, чем любое озеро, и вода в нем соленая, но озёра — ничто в сравнении с Великими Водами. Это похоже на небо. Никто еще не добирался до противоположного берега.

Эйла уловила, как хочется Джондалару поскорее вернуться домой. Она знала, что он без промедления пошел бы с ней искать Клан Брана и ее сына, если бы она пожелала этого. Он любил ее. Но она тоже любила его и знала, что он будет огорчен задержкой в пути. Она взглянула на простирающееся перед ней море и закрыла глаза, чтобы удержать слезы.

Она не знала, где можно было найти Клан. К тому же теперь это уже не Клан Брана, сейчас это Клан Бруда, и ее бы там не приняли. Бруд проклял ее, она умерла для них. Стала духом. Если они с Джондаларом напугали людей в этом стойбище, то что будет с людьми Клана! Включая Убу и Дарка. Они восприняли бы ее как дух из того мира, а животные рядом служили бы лишним доказательством этого. Они поверили бы, что это дух и что он принесет им несчастье.

Но если она повернет на запад, то все будет кончено. С этого момента Дарк станет для нее лишь воспоминанием. Нет никакой надежды увидеть его вновь. Она уже выбрала свой путь. Казалось, что все давно решено, но она не знала, сколь свежа еще рана в сердце. Отвернувшись, чтобы Джондалар не видел слез в ее глазах, она долго вглядывалась в синюю водную ширь. Затем молча попрощалась с сыном. Печаль заполнила ее, она знала, что у нее всегда будет больно на душе от воспоминаний о сыне.

* * *

Они повернулись спиной к морю и двинулись по полю прочь, но ехали медленно, чтобы дать лошадям отдохнуть и заодно попастись. Солнце, жаркое и яркое, стояло высоко в небе. Теплые волны воздуха поднимались снизу, принося запахи земли и растений. Они двигались к безлесной вершине острова, и, хотя на них были шляпы из травы, водяные испарения сильно увлажняли воздух, а потому вскоре они почувствовали, как по их телам стекают капли пота. И лишь иногда бриз с моря приносил ощущение свежести и запах морских глубин.

Эйла остановилась, отвязала закрепленную на голове пращу и, чтобы та не стала влажной, прикрепила ее к ремню на поясе. Вместо пращи Эйла перехватила волосы кожаным ремешком, таким же, как у Джондалара, чтобы пот не катился со лба.