Читаем Принцесса для императора полностью

— А я пока распоряжусь о завтраке. Не торопись, времени достаточно: папа освободил меня от всех дел, кроме тренировок, так что ближайший месяц я практически полностью в распоряжении дорогой жены.

Только меня это не радует. Выдавливаю улыбку:

— Это просто замечательно.

Сигвальд целует меня в лоб.

— Не торопись, — разрешает он перед выходом из комнаты.

Вздыхаю. И вроде нет поводов для грусти, а как-то тоскливо.

Дворец поражает. Золотое ажурное великолепие южных традиций перетекает в массивное сдержанное величие архитектуры прежней династии, часто они смешиваются, тогда кружевное изящество придаёт резким геометричным деталям лёгкость, а те в свою очередь придают легкомысленным деталям мощи. Именно эти, смешанные, части дворца нравятся мне более всего — нечто среднее между привычной мне архитектурой родной западной провинции и югом.

— А вот и легендарное сражение за Вегард, — Сигвальд прибавляет шаг и машет на расписанную стену галереи второго этажа.

Смотрю на искусно изображённых людей и коней, налетающих друг на друга с бешеными выражениями лиц и морд. Несколько отрядов штурмуют стену-крепость, закрывающую вход в долину. Стены изрядно побиты, от осадных орудий летят пылающие снаряды, защитники льют на штурмовые машины огненную смесь, Фероуз (ещё со смолянисто-чёрными волосами, развевающейся бородой) со вскинутых рук посылает на Вегард песчаные вихри.

— Грандиозно, согласись! Одна из величайших битв в истории. Падение неприступной крепости!

Взглядом выискиваю Императора: он величественно взирает на битву с возвышения в стороне, алый плащ трепещет на ветру, рядом — связанные вражеские солдаты, у одного из поясной бутыли вылезает змея.

— Ты просто представь, какая это была битва! — Сигвальд дрожит от воодушевления, глаза горят. — Вряд ли в мире случится ещё что-нибудь столь же грандиозное, даже взятие Викара было…

— Сигвальд. — Незнакомый властный голос прокатывается по галерее. — Ты рассказываешь девушке о завоевании её родины.

Разворачиваюсь: высокий седой воин идёт к нам, раскрывая широкие объятия:

— Рад тебя видеть.

— Дед. — Сигвальд обнимает его и одинаковым с дедом жестом похлопывает того по спине.

Со смешанными чувствами разглядываю горбоносое лицо Ингвара, полководца, сдавшего Викар Императору в обмен на родство с новой правящей династией.

— Познакомь меня с твоей высокородной избранницей, — улыбается Ингвар, в его возрасте у него удивительно хорошие зубы. — Так похожей на мать, особенно глазами.

Человек, виновный в смерти моих родителей, смотрит на меня змеиным изучающим взглядом. Цвет его глаз напоминает лёд.

— Мун, познакомься, это мой дедушка Ингвар, наместник западной провинции. — В голосе Сигвальда появляется лукавство: — Знаменитый полководец.

Да уж, знаменитее некуда. А ведь я росла в западной провинции, и когда меня только отдали хозяину, попала в дом в день отъезда Ингвара, даже успела заметить выезжавший за ворота арьергард его охраны.

Ухмыльнувшись, Ингвар слегка кланяется:

— Безмерно рад знакомству. — Выпрямляется, переводя взгляд на Сигвальда. — И безмерно огорчён тем, что не смог присутствовать на свадьбе. Всё случилось столь… скоропалительно.

— Дед был в отъезде, — глядя на меня, поясняет Сигвальд. — Помогал инспектировать приграничные крепости северной провинции.

— Мчался во весь опор, — Ингвар подпирает бок кулаком. — Но последнюю неделю ливни не прекращались, тракт размыло.

— Сильно? — Сигвальд обнимает меня за плечи, слегка сжимает пальцы. — Его же всего два года назад проложили.

Так неуютно стоять в его объятиях под пристальным взглядом Ингвара, опускаю глаза. А тот продолжает:

— Местами дорогу размыло начисто.

— Надо сказать отцу, — кивает Сигвальд. — Он, наверное, ещё у казначея.

Ингвар усмехается:

— Спешишь избавиться от старика ради общества красавицы?

— Нет, просто…

— Не оправдывайся. — Ингвар хлопает его по плечу. — Всё понимаю, сам молодым и только что женатым был, отдыхайте, наслаждайтесь друг другом… Было приятно познакомиться, Мун.

Заставляю себя посмотреть на него и улыбнуться:

— Мне тоже.

Ложь — от одного взгляда на его обветренное морщинистое лицо в груди становится тесно. Если бы не этот человек, родители могли выжить, могли спасти королевство от завоевания, и тогда я… я могла бы не знать долгового рабства.

Глаза Ингвара холодны, несмотря на приветливую улыбку. От ощущения, что он понял мои чувства, меня пробирает озноб.

— Хорошего дня, — мазнув по мне ледяным взглядом, Ингвар удаляется по галерее.

Сглатываю. Понимаю, что Сигвальд что-то говорит, поворачиваюсь к нему, несколько недоуменному.

— Ты в порядке? — уточняет он. — Хорошо себя чувствуешь?

— Да. Но немного устала ходить.

— Тогда… — он задумчиво оглядывается по сторонам. — Тогда немного изменим маршрут.

Легко подхватив меня на руки, он возвращается в коридор, из которого мы пришли, и заворачивает в соседний.

— Я сама могу идти.

— Знаю, — улыбается Сигвальд. — Но мне это в радость: и тренировка, и приятно.