Читаем Портальщик полностью

Принципиально в привязке других стихий и органов чувств ничего нового не было, но выглядело чуток хитрее. В моменты откачки энергии из ауры, уже сам отключаешь маго-зрение. Стоящий рядом десятник при этом использует амулет на основе той стихии, которую и надо привязать к якорю. Вообще этот процесс привязки всех органов чувств, у меня растянулся месяца на четыре с лишним. Средний результат, были в сотне и скорострелы, были и тормоза, по-всякому бывало.

Любопытный факт: чем чаще "отключаешь" маго-зрение, тем быстрее организм привыкает к неестественному состоянию. Чем дольше период отключения, тем скорее эта функция вообще атрофируется. НЕ нормальным, но допустимым считается отключать маго-зрение до двух часов за один раз и до трех раз в день. С возрастом это соотношение меняется. Кроме того с возрастом привыкаешь и такое отключение перестает быть нужным. В зрелом возрасте чтоб рассмотреть незнакомый предмет, увиденный впервые, маго-зрение уже не отключают. Нормальный маг оперирует сразу всеми органами чувств, поэтому может "смотреть" даже используя своего рода эхолокацию. Которая и отличает истинную форму реального объекта от иллюзии объекта. Слух и осязание имеют свои тонкости по отключению...

Конец первой четверти года - пятидневный праздник солнцестояния. Весь первый курс обучения, нашей школы перевели в другой мир Обретения. Без всяких карантинов - сразу в район тундры. Тут праздника не было, оно и понятно календари-то разные. В нашем мире вечное лето, поэтому местных школьников перекинули к нам. Новый виток отбора -"Путь Ополченца". Это не "Зарница" и не военные учения нашего мира. Здесь все проще. Озвучили "легенду квеста" - мы находимся на территории врага, магия пеленгуется. Все амулеты сданы на склад. Смысл - выживание без магии, в условиях мерзлоты, в чужом мире.

Для нашей "особой эфирной" сотни, эта четверть Праздник с большой буквы, длиной в целую четверть года. Появился прекрасный повод троллить остальных школоло. Они нас до этого, магами не считали, насмехались. Пришло время платить по счетам. Ага, отольются кошке, мышкины слезы. По плану школа изучает магию жизни - краткий курс полевой медицины. У нас эфирников "особая роль", мы изображаем геройских магов, "ранетых на колчаковских фронтах".

Мой десяток перекинули в сотню Воздуха. Утром наш десятник-наставник придумывает нам ранения. Их наставники учат уже всех, что и как делать в подобных случаях. Толи наш был юморист, толи по плану так было, большая часть "ранений" нижние конечности и внутренние органы. С утра "ранили" - наложили повязки-лубки-жгуты, до вечера несут в носилках. Даже сейчас приятно вспомнить. Я ж взрослым разумом понимал как стать "идеальным" раненым. Каждые десять минут требовал ослабить жгут. Каждые полчаса туалет - а это значит, что надо снять лубки, повязки, и прочие украшения. Подождать меня из кустиков, вновь наложить все, что снималось до этого. В итоге отставание от графика. Десятник принципиально в "транспортировку раненого" не вмешивается, со стороны наблюдает. Но при отставании тоже может остаться без обеда, поэтому командует -нагонять! Начинается "легкий бег" с носилками. В которых явный психопат - кроющий матом носильщиков, требующий "обезболивающего", выпить и бабу. Пытались меня уговорить вести себя скромнее, запугивали будущими неприятностями, предлагали щедрые подарки. Я в ответ только посмеялся, над наивными начинающими магами.

Я ж все равно не собирался учиться именно в этой школе. Дурной пример заразителен. Через пять дней все эфирники знали "как добиться успеха". Все остальные тренировки, гимнастики, лекции шли без изменений. Последние три дня этой четверти запомнились одной мелкой гадостью. Нашу сотню эфирников собрали вновь в одну кучу. Теперь пришел наш черед таскать раненых. Нас всего семь неполных десятков. В остальных сотнях тянули жребий, мечтая отплатить нам той же монетой.

Утром после выхода на маршрут, на первой же остановке, я сговорился со своим десятком. В любом случае на обед мы не успевали. Так что тащили, молча, терпели все капризы. За два километра до обеда, после очередной остановки примотали его к носилкам. И бегом на обед, куда деваться. Прибежали хоть и к концу, но поесть успели. На вопрос: "а где раненый?", только руками развели и скорчили рожу, типа: "забыли! Вот ексель-моксель! как так-то?". Поели и что делать, пошли за раненым. "Раненый" оставшийся без обеда, больше не капризничал, только ругался некультурно. Видимо кушать хотел. Дальше все шли обычным порядком. Местами, особенно ближе к вечеру "воздушник" даже сам шел. Плелся и материл нас, хитрых эфирников, хамская рожа. Так что на ужин пришли почти первыми. В других десятках метод сразу переняли, куда деваться, от "своих" мы ж ничего не скрывали. Так все три дня и таскали "раненых".