Читаем Пограничник (том 2) полностью

— Но она — крепостная! — отрезала светлость. — И у неё — боевой лук. Которым она очень хорошо управляется. Особенно стрелами с синим наконечником.

Синий это тот, которым при удаче можно пробить латы. А попав в сочленение, гарантированно сделать вражеского бойца (рыцаря, благородного) инвалидом.

— Да достали! Идите вы в жопу! — А вот теперь вспылил, и хрен остановишь. — Вика! — бросил «сестрёнке».

— Да, ваше сиятельство! — девчонка испуганно вскочила, оставив тушку птицы на земле, в руке сжимала нож, и руки были окровавленные.

— Сюда иди! Быстро! — Я рявкнул, хотя она тут как раз не при чём.

Подбежала. Я тем временем слез с коня, вытащил меч.

— Ой, ма-амочки! — Она не поняла намерений и непроизвольно сделала от меня шаг назад. — За что, ваше сиятельство?

— Ни за что! — Я снова вспылил, но по другому поводу. Она что, такая дура, что подумала, я её убивать буду? — На колено! Бегом! И не тупи.

Сеньорита «зависла». Секунда. Две. Три… Наконец, до неё дошло. Попыталась протестовать:

— Но-о-о-о… Рикардо… Ваше сия… Я же…

Затем в голове её что-то перемкнуло, уверенно кивнула, и, подойдя, опустилась на оное колено.

— Нож откинь! — приказал я. Моментально послушалась. Положил ей меч на правое плечо.

— Аларих, ты умный, подсказывай текст, — бросил я в сторону, легату.

Тот закряхтел, тяжело вздохнул и слез с лошади.

— Как зовут-то тебя, дева? Если полностью?

Я сказал её имя, ибо сама Мелкая, наверное, сейчас слова выдавить не сможет.

— Повторяй за мной, дева, — грустно усмехнулся он, поняв, что это точно серьёзно, я не прикалываюсь. — Я… Виктория, дочь Педро из Санта-Исабель-на-реке-Пушистой-что-в-Мериде, клянусь.

Подождал, пока Белка прилежно всё выговорила.

— …Защищать своего сеньора, графа Пуэбло, — продолжил он, — любой ценой, исполнять его приказы и говорить ему только правду, на войне подчиняться его приказам.

— …На войне подчиняться его приказам… Ой… — Только теперь Вика осознала весь трындец ситуации. Задача благородного СЛУЖИТЬ. В смысле не прислуживать, а воевать. Точка. А она — маленькая девочка, пусть по закону и женщина уже, имеющая право выйти замуж.

— Клянусь в верности, — невозмутимо продолжал главный чиновник королевства этого региона, — и препоручаю своему сеньору свою жизнь, члены мои, тело мое, твердыни и владения мои. И да поможет мне в честном служении Господь наш!

— Господь наш… — совсем тихим голосом повторила девчонка, но её услышали, так как погода с утра безветренная, а что касается гостей… Все купцы, как один, молчали, и даже лошади не всхрапывали, словно прислушиваясь к чему-то.

— Я, Рикардо, граф Пуэбло, — моя очередь, и говорил я громко, чтобы весь мир слышал, и потом не смел отрицать, что так было, — принимаю твою присягу и обещаю всеми силами, ценою своего доброго имени защищать тебя и твое достояние от всякого незаконного притязания. Я, Рикардо граф Пуэбло, дарую тебе титул рыцаря, право представлять мои интересы и сидеть со мной за одним столом, и гарантирую справедливую долю в добыче. Всё моё — твоё, всё твоё — моё. И свидетелем мне Господь Бог вездесущий!

Оглушающая тишина. «Это на самом деле». Только лёгкий бриз с реки в ушах. И словно в насмешку тот, кто первым должен был возмутиться и отговорить меня, начал речетатив:

— Я, Аларих Сервилий, граф Толледо, легат его величества короля Карлоса Шестого Сертория, свидетельствую в сей клятве и подтверждаю её от лица королевства. Встань, рыцарь.

Я убрал меч. Белка, поняв, что это ей, поднялась и уставилась на меня испуганными глазами, быстро наполняющимися слезами. Попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Возьми нож, пошли, подержу. Помогу. — Аларих кивнул на тушку поверженной птицы. — Вечером приготовим, яблоками нафаршируем.

Он был недоволен, но я понял, что сеньор легат начал какую-то свою собственную игру. Возможно даже не связанную с королём, но однозначно — с королевством.

Белка на автомате кивнула, подняла нож — она так и стояла с окровавленными руками, он взял её под локоток и повёл к птице. Я проводил их долгим задумчивым взглядом.

— Что это только что было? — Вопросительно спросил за спиной голос бургомистра Аквилеи. — Мне кто-нибудь подскажет, что это было, ибо я ничего не понимаю? Она же… Крепостная! Девка дворовая!.. Была!

— Это называется Империум, вам же сказали, — не сдерживая улыбки и смешков, ответила Катрин, я не успел повернуться ответить, а после её слов и не стал. — Абсолютная власть императора. Захотел — и крепостную дворняжку произвёл в рыцари. Почему? — Она сидела на своей белоснежной лошадке сбоку и я видел, флегматично пожала плечами. После чего выкрикнула с жаром. — Потому, что может!

Снова гнетущая тишина, правда, лошади сеньоров оттаяли и начали издавать привычные им звуки.

— Сеньоры, перевожу для тех, кто ничего не понял, — ещё более довольно усмехнулась она. — Пуэбло — Империум. Маленький, пограничный, в размерах графства… Пока. Но ох уж это коварное слово «пока»!