Читаем Почему мы болеем полностью

Он не хочет

Дашечка родилась не в детском доме, а во вполне благополучной полной российской семье научных работников. Родители пеклись о ней точно так же, как и о ее брате, который в свое время закончил мехмат МГУ и создал прекрасную семью. Но что-то пошло не так. Когда у нее появился малыш, родители были потрясены почти полным отсутствием у нее материнских чувств. У молодой мамы было достаточно молока, но она кормила сынишку как придется, а спать укладывала на балкон. Само по себе оно, может, и неплохо – спать ребенку на свежем воздухе – но мысли молодых были не о пользе, а о том, что своими криками младенец мешает им высыпаться, а при закрытой двери с улицы его почти не слышно. Возможно, тут сказались и последствия кесарева сечения, в результате которого он появился на свет, но в годик у малыша стали наблюдаться явные симптомы, свидетельствующие о задержке в его развитии. Возможно, невролог предупреждал Дашечку и раньше, но она все отрицала, даже когда родители случайно обнаружили выписанные ребенку препараты, которые Дашечка забывала ему давать. Через некоторое время малышу был поставлен диагноз ММД – минимальная мозговая дисфункция. При таком диагнозе решающее значение наряду с лекарственной терапией приобретают материнская любовь и внимание, ее забота, выраженная в конкретных ежедневных и ежечасных простых размеренных делах: режиме дня и полноценном питании, достаточном сне, чередовании физических упражнений и прогулок. У любого ребенка имеются огромные резервы адаптации, дайте ему только возможность их проявить. Для маленького ребенка такую возможность имеет мать, которая находится с ним рядом в режиме 24/7, т. е. всю неделю и круглые сутки. Увы, ничего этого сделано не было. Ребенок не говорил и к 4 годам, а Дашечка не работала, целыми днями висела на телефоне с какими-то нелепыми подружками, ждала по ночам своего неверного мужа, а на предложения лечить, учить ребёнка или хотя бы почитать ребенку книжку отвечала: «Он не хочет». Родители только руками разводили – и в кого она такая? (Продолжение истории следует.)

Мы вошли в эпоху страховой медицины и вместе с ней в другую реальность, наивно полагая, что кто-то что-то нам должен, и кто-то сумеет сделать за нас нашу работу и наилучший выбор – страховая компания, пенсионный фонд или самый надежный банк. В советские времена мы были, как те дети из детского дома, обуты, одеты, опекаемы и не научены серьезно заботиться о себе и своем здоровье. Нам все это «было должно» государство. Когда же мы вдруг прозрели, то кинулись к знахарям от народной медицины и ко всяческим био-, энерго– и прочим специалистам-шарлатанам и гадалкам, которые наперебой конкурируют в борьбе за наши кошельки. Оказалось, не прозрели, а наоборот, смотрим на все широко закрытыми глазами.