Читаем Первый раунд полностью

— Уверена? Дэррил тоже с ними сидит.

Она берет меня за руку и ведет через бар.

— Знаю.

Мы доходим до бильярдных столов, по-прежнему держась за руки. Себ, заметив нас, давится пивом. Бо недовольно косится на меня. Купер аж отрывается от девушки, с которой целовался, и пялится на нас.

Что же до Дэррила — тот, кажется, хочет ударить меня головой о ближайший стол.

На долю секунды все замирают, ожидая его реакции. Бекс крепко сжимает мою ладонь. Она улыбается, но я знаю: улыбка фальшивая. В глубине души она боится того, что может сделать Дэррил. Если придется загородить ее, я колебаться не буду.

— Привет, Бо! — говорит она. — Хорошо сыграли.

— Эм… спасибо. — Бо снова смотрит на меня. — Не ожидал, что ты придешь, Бекс.

— Оно и понятно! — смеется она. — Мы же так давно расстались с Дэррилом.

Дэррил с грохотом ставит бутылку пива на стол.

— Крошка, не знаю, что ты там придумала, но сворачивай свои дурацкие игры.

— Какие игры? Мои чувства к тебе давно прошли, — улыбается Бекс. — А твои?

Дэррил напрягает челюсть, пытаясь выдавить улыбку, но получается у него плохо.

— Ты смотри в оба, — говорит он мне. — Она тебя кинет, как тряпку, эдакая…

— Кто? — намеренно добрым голосом спрашиваю я. — Ч­то-то не расслышал.

Дэррилу хочется произнести это слово — действительно хочется. Я буквально чувствую, как в его крошечном склизком мозге вращаются шестеренки, оценивая, стоит ли удовольствие от оскорбления Бекс исполнения моей угрозы. Я держусь уверенно, хорошо зная, что вся наша команда смотрит на нас. Краем глаза я замечаю, как Себ придвигается к Куперу, — оба готовятся встать на мою сторону, если дело дойдет до драки.

Проходит несколько долгих секунд. Наконец Дэррил поворачивается к парочке приятелей.

— Пошли отсюда, парни.

Один из них — сейфти17, с которым я пока особо не общался, — презрительно усмехается, проходя мимо меня.

— Следи за собой, Каллахан. Может, Гомес и продал душу, чтобы притащить тебя сюда, но ты не какой-нибудь неприкосновенный.

— Оу, — отвечаю я, — и это все, на что ты способен? Неудивительно, что нотрдамцы тебя сегодня чуть не растоптали.

Он хмыкает, но, заметив взгляд Дэррила, молча сваливает.

Едва парни уходят, напряжение внутри меня спадает. Бекс отпускает мою руку. Я даже не заметил, как крепко она держалась за меня, пока не пришлось растирать онемевшую ладонь.

— Прости, — говорит Бекс. — Не хотела еще сильнее все усложнять.

— Да все нормально.

— Точно? — шепчет она, поглядывая на оставшихся парней. — Не хочу, чтобы из-за меня тебя ненавидела вся команда.

— Я уже говорил ему, что, если он оскорбит любую женщину — включая тебя, — я больше не подам ему пас. И все об этом знают.

Я отвожу Бекс к освободившемуся после Дэррила столу и сажусь сам. Она стоит еще секунду, а потом решает устроиться у меня на коленях. Я кладу руку ей на бедро, чтобы она не упала, и едва сдерживаю широкую улыбку. Чую, Бекс никогда не перестанет меня удивлять.

— А когда это было? — спрашивает она.

— Мы с тобой даже не были знакомы. Дэррил говорил про тебя мерзкие вещи на той вечеринке.

Бекс округляет глаза.

— До того поцелуя?

Купер и Себ занимают два свободных стула рядом с нами. Я приподнимаю бровь, но братья лишь обмениваются угрюмыми взглядами.

— Братан, — хмурится Себ, — что, на хрен, происходит?

13

Джеймс

Я захожу в аудиторию (за пятнадцать минут до на­чала пары — не к чему придраться, мистер Препод)и сразу же понимаю, что успел раньше Бекс. Гол в мою пользу! Обычно, когда я прихожу, она уже сидит за партой, открыв ноутбук и записывая что-то в ежедневнике своей миленькой гелевой ручкой. Сегодня же я могу немного побыть один, перед тем как вновь увижу ее.

Наши притворные отношения сделали предмет и проще, и сложнее. Проще — потому что Бекс начала по­могать мне с учебой. Куда сложнее — потому что меня к ней, судя по всему, тянет, как муху на мед. Сидеть рядом с Бекс больше часа, пытаясь слушать какую-то нудятину о том, как писать эссе, — жестокое и странное наказание.

Я уже перестал бороться с тем, что девушка мне по-настоящему нравится. В простом влечении нет ничего плохого или опасного. Что с того, что я признаю ее ослепительную красоту и ужасно хочу с ней переспать? Главное, чтобы не появились более серь­езные чувства. С Сарой проблема была именно в этом.

Я ставлю на парту два стаканчика кофе и снимаю с плеча рюкзак. Я много раз бывал в «Лавандовом чайнике» — в основном заходил, чтобы немного поболтать с Бекс. Понаблюдав, я заметил, что она любит кофе со льдом и двумя порциями карамельного сиропа. Сегодня я именно такой и купил — а себе обычный черный, но тоже со льдом. А еще я, поддавшись порыву, взял Бекс тыквенный маффин. Ч­то-то подсказывает мне, что она из тех девушек, которые любят осенние штуки с тыквой.