Во-вторых, это стремление к творчеству. Пропустив произведение через себя (или через любимый инструмент машинного перевода), мы аккуратно и кропотливо воссоздаем его заново на нужном языке. Я искренне считаю умение переводить «корневым» талантом – сродни писательскому мастерству, живописи или сочинению музыки (многие люди с отличным знанием иностранных языков не добиваются успехов именно в переводах). Как истинный литератор не может не писать, так и прирожденный переводчик не может не задумываться: «А как это будет по-русски?» И любой из них подтвердит: однажды войдя в эту профессию, вы будете возвращаться к переводу снова и снова (или вас будет возвращать судьба). Носитель «корневого» таланта переводит постоянно – для себя или кого-то еще, за деньги или просто для удовольствия.

В-третьих, это потребность делиться и приносить пользу. Читатели, зрители, игроки воспринимают ваши слова, переживают ваш опыт. Иностранный язык – ключ к иным культурам и измерениям. И стать проводником в другой мир – достойная миссия и настоящее светлое дело, которым можно увлечься. Даже если оставить в стороне еще более прямую пользу в форме перевода мирных переговоров или медицинских документов.

И вот теперь, если мои слова нашли отклик, я точно уверена, что писала для вас.

<p>Об авторе</p>

Я всегда и везде говорю о том, что по образованию математик, по призванию – переводчик. Перевод – действительно удивительная сфера, объединяющая людей самого разного склада ума, и история каждого профессионального переводчика уникальна. Я расскажу о том, какое место занимали иностранные языки в моей жизни, какие события привели меня в индустрию. Но помните: путь каждого переводчика в профессию уникален. Буду рада, если мой опыт окажется полезен на вашем пути.

Начать стоит с того, что я была очень домашним и довольно одиноким ребенком. В моей семье было не принято отдавать малышей в детский сад. Эту традицию продолжила и я со своими сыновьями: до школы дети находятся дома с мамой, по возможности посещая развивающие занятия. Увы, в моем советском детстве не было такого выбора дошкольных студий развития, зато были книги и телевидение, а точнее, мультики и детские передачи. Маленькой Лене очень нравились обучающие мультфильмы вроде Muzzy in Gondoland[1], а еще страшно хотелось учить английский с другими детьми. Казалось, что уроки английского – это самое интересное и веселое, что может быть.

В первый же школьный день после уроков учительница предложила всем желающим остаться на кружок английского. Помню, как я выскочила в коридор к родителям с криком: «Пожалуйста-препожалуйста, можно я останусь?» «Конечно, можно», – ответили удивленные мама и папа, и моя детская мечта сбылась. Всю начальную школу я учила английский с прекрасным педагогом Риммой Павловной, и это было действительно весело. К сожалению, потом у нее тяжело заболел сын, и кружок закрылся. Но к тому времени (это было начало 90-х) в стране появилось спутниковое телевидение, и в мою жизнь вошли MTV UK, Cartoon Network (который после девяти вечера превращался в канал TNT со старым голливудским кино) и целый набор немецких каналов. А еще персональные компьютеры и компьютерные игры. И толстый русско-английский словарь стал моим постоянным спутником, ведь очень хотелось понимать, что говорят ведущие и любимые музыканты на MTV, над чем хихикают Powerpuff Girls[2], разгадать загадки в Legend of Kyrandia. Начался процесс погружения в английский, который оказался мне, как подростку, очень приятен. В итоге к десятому классу я ассимилировалась до условного уровня B1, и этот процесс фоновой прокачки, запущенный в детстве, не прекращается по сей день.

Родители, заметив мой талант к языкам, фактически заставили меня выбрать для изучения немецкий. Я родилась и всю жизнь живу в Калининграде. Это уникальный регион-анклав, зажатый между Литвой и Польшей и не граничащий с основной территорией РФ. Близость к Европе и, в частности, к Германии мотивировала учить немецкий. Но ассимилировать его, как английский, самостоятельно по играм и ТВ оказалось сложнее. И в девятом классе родители нашли мне потрясающего репетитора Серафиму Николаевну, научившую самому главному навыку: говорить на иностранном. Как оказалось, для этого нужно просто говорить, стараясь не волноваться насчет грамматических ошибок.

В итоге к окончанию школы у меня были два иностранных языка примерно уровня B2. Тут надо поблагодарить родителей за чуткость и мягкую настойчивость. Ведь мне, как любому ленивому подростку, не очень хотелось учиться. Языки были каким-то фоновым знанием, средством для понимания интересного мне контента: сериалов, мультиков, компьютерных игр. Как я упомянула во вступлении, решено было поступать на физмат, и в 1999 году я стала студенткой первого курса Калининградского государственного университета (ныне БФУ им. Канта) по специальности «прикладная математика», мечтая после окончания вуза делать компьютерные игры.