Читаем Откуда берутся герои полностью

Снилось дурацкое. Будто идёт он по длинному-длинному коридору со старыми линолеумными полами, вокруг куча невнятных людей. они чем-то заняты. Но разглядеть их не получается, так силуэты одни. А потом оказывается в зале суда с мебелью, которая помнит, наверное, ещё Андропова. В клетке из рабицы сидит неприятный мордатый мужик и рассказывает со скукой в голосе, что в момент ДТП, повлёкшего смерть пешехода, за рулём транспортного средства находился не он, а его помощник, который ехал за хлебом в Марьино, но и помощника там тоже не было, потому что машина утром была угнана неизвестными, вот заявление об угоне… За прокурора и за адвоката одновременно выступал тощий тип в фуражке и блестящих сапогах, но без погон. Он постоянно перебегал с места на место, говорил: «Заявляю ходатайство!», и снова перебегал. На стене висел здоровенный герб с двуглавым гусем: одна голова нормальная, с зубами в узкой пасти, а вторая – какая-то неприятно гладкая, с глупым плоским оранжевым клювом. Судья дремала в кресле, а потом вдруг очнулась, хлопнула папкой с делом по столу и громко провозгласила: «Именем городского округа Карнсдэйл!» Потом ненадолго замерла и продолжила уже, монотонно бубня под нос: «Суд в составе меня решил: от решения воздержаться, подсудимого строго отругать без занесения. Потерпевшему за несанкционированное покидание могилы назначить штраф в размере…» Внезапно Коэл понял, что очень сердит, и, перебив судью, закричал: «Да горите вы все!», при этом как-то по-особому махнув рукой. Тут же в центре зала с рёвом возник перевитый фиолетовыми сполохами столб пламени и, быстро раздавшись в стороны, всё поглотил.

Коэл проснулся, темнота была непроглядная, а в голове крутилось, что заклинание классное, жаль, не по силам. На всякий случай он постарался в деталях вспомнить и запомнить положение рук при произнесении и заснул уже без сновидений.

Завтрак и утренние занятия по боевой подготовке он благополучно проспал. Боевая подготовка у священников, Шаолинь что ли какой-то… Соберись! Коэл мысленно дал себе подзатыльник. Телесная крепость важна. И никто не делает из них великих бойцов, но в служении есть место не только наставлениям, утешению и целительским практикам. Сердце полно опасностей, не зря Создателям ниспослана и разрушительная магия тоже. Умение оборонить себя и тех, кто нуждается в защите, умение не теряться в бою и уместно применять заклинания, даже сходясь в рукопашной – всё это жизненно необходимо. А ещё священники судьями выступают, вот уж где добрая ирония. Правда, для этого нужно ранг умудрённого получить. Коэл встряхнулся и, натянув штаны и сандалии, отправился на пробежку.

Каменные плиты набережной привычно ложились под ноги. Сложенные из светло-коричневого камня монастырские постройки теснились на высоком полуострове, далеко выдающимся за береговую линию Мраморного озера. Своё название озеро получило из-за того, что его скальное дно было буквально изрезано сетью крупных и мелких трещин, вполне видимых сквозь толщу потрясающе чистой воды. Так что сравнение поверхности озера с плитой полированного мрамора напрашивалось само собой. При этом мрамора как такового в окрестностях озера не было в помине. Коэл попытался было сравнить размеры Мраморного с Байкалом или Ладожским, но быстро оставил попытки – все озёра были большими, а дальше пусть географы какие-нибудь разбираются.

Коэл бежал, пока от усталости не начало сводить икры, а горячее дыхание уже готовилось разорвать лёгкие. Не останавливаясь он представил собственную спотыкающуюся потную фигуру, со всхлипом втянул воздух и, стараясь как можно чётче выговорить слова, произнёс: «Тебе говорю, исцелись!» По телу прошла горячая волна, убирая спазмы и болезненную одышку, правда усталость натруженных мышц никуда не делась. Заклинание получилось с первого раза и эффект был ощутимо сильнее, чем раньше.

Не давая себе передышки и не прекращая бега, он призвал на ладони маленький лепесток огня. Этот трюк мог провернуть любой, кто имел маломальский талант к магии2, ему и учиться-то было не нужно. Вот дальнейшее требовало предрасположенности, знаний и долгой тренировки.

Коэл волевым усилием переместил огонь на ноготь безымянного пальца и прижал его сверху подушечкой большого пальца – как будто косточку вишни держал. А заnем скороговоркой произнёс на выдохе: «Летибыстроогоньмой!», и щелчком отправил огонёк в полёт в сторону безмятежного озера. Окутавшись фиолетовым свечением, огонёк пулей полетел в цель, мгновенно увеличившись до размера кулака. Коэл полюбовался на облако пара, взметнувшееся в месте попадания снаряда в воду, остановился и один за другим запустил ещё четыре – на дальность.