Согласно последним теориям, характер формирует не кровь, но среда, утверждала брошюра.

Усыновленный ребенок унаследовал бы не только фамилию Сары и Эдмунда, но также их национальность.

И он был бы американцем больше, нежели взращенная во Франции дочь Рейчел – девочка, которая начнет гулить на иностранном языке.

Идея захватила Сару. Как же она раньше об этом не подумала? Усыновление ребенка Брайди (если это он) соединит ее с малышом, в которого она влюбилась с первого взгляда, и станет для его родной матери даром, навсегда избавляющим ее от тоски. Кроме того, малыш будет старшим ребенком в новом поколении Холлингвортов. Сара предполагала (позже Эдмунд это подтвердил), что по букве завещания мальчик считался бы первым наследником.

* * *

Но Эдмунд был против усыновления. Раз уж нам не суждено иметь своих детей, я предпочту остаться бездетным, говорил он, и свекровь его в том поддерживала, рассказывая истории, плохо закончившиеся для этаких милосердных благодетелей. Дальний родственник Портеров усыновил мальчишку, чтоб помогал на ферме, а тот закурил в сарае и сжег его дотла.

Шло время, Сара продолжала упрашивать, и теперь Эдмунд отмалчивался, что означало раздумье над устранением препятствий на пути к исполнению ее желания.

Часть вторая

31

Винсент

1967

Ему исполнилось пятьдесят восемь, но память о событии в четырехлетнем возрасте была жива и мгновенно откликалась на звук, запах и вид вспыхнувшей спички, которой чиркнул сосед в вагоне подземки.

Это случилось перед Великой войной.

Было утро. Они с Лоло стояли у окна и, нетерпеливо ожидая завтрака, смотрели, как во дворе мать развешивает белье. Двор представлял собой заросшую сорняками узкую полоску земли, что разделяла зады двух домов. Он любил там играть.

И сейчас хотел бы оказаться во дворе, а не стоять рядом с сестрой. Набрал бы щепок, камешков и всякого мусора, из которых построил бы крепость. Большие мальчишки всегда ломали его крепости, но это неважно. На то они и большие, чтоб делать чего захотят. Все равно приятно, что его постройки привлекают внимание.

На столе лежал спичечный коробок. Лоло хотела его цапнуть, но он шлепнул ее по руке. В отсутствие родителей он оставался за главного. Отец был на работе, внизу мать взяла из корзины влажную простынь, встряхнула и, вынув изо рта деревянную прищепку, пришпилила к веревке, уже провисшей под тяжестью соседского белья.

Нельзя баловаться со спичками, предупреждали родители, но ему стало интересно, что будет, если одну взять и чиркнуть. Кроме того, хотелось щегольнуть перед Лоло. Она была на два года младше. Он звал ее Лоло, а она его – Тодди. Он забыл это свое прозвище, и когда много лет спустя она о нем напомнила, перед ним, сорокалетним мужчиной, сидевшим напротив нее за обеденным столом, возник образ девочки с пухлыми ручонками в ямочках и мягкими блестящими кудряшками. Она разыскала его по записке, обнаруженной в вещах матери. Он удивился, узнав, что ее настоящее имя – Алиса.

* * *

В ушах зашумела кровь, когда он медленно выдвинул коробочку из-под крышки с чеканным лицом индейца в перистом головном уборе и, просунув два пальца в образовавшуюся щель, вытащил спичку. К нему прижалась Лоло, сгоравшая от любопытства. Он ее отпихнул и осторожно провел красной головкой по темному боку коробка. Зашипело, восхитительно пахнуло серой, и спичка ожила. Лоло задохнулась от восторга. Обоих заворожило пламя, плясавшее у его пальцев, – желтое, потом голубое и опять желтое. Затем оно съежилось и превратилось в извилистую дымную струйку, вознесшуюся к потолку.

Он выглянул во двор – мать все еще занималась бельем. Это хорошо. Теперь она развешивала отцовские воротнички от рубашек, на что уйдет время. Он вынул вторую спичку и чиркнул головкой по коробку. Лоло сунулась вперед, и пламя едва не подпалило ей волосы.

– Не лезь! – Он оттолкнул сестру и зажег новую спичку. Пламя вспыхнуло и погасло. В комнате стоял сильный запах серы, от которого слегка горчило во рту. Вкус этот нравился. Он чиркнул очередную спичку, и тут ветерок колыхнул занавески. Казалось, тюль решил поиграть – подхватив огонь, перекинул его другой занавеске и обоям. Мальчик выронил коробок, высунулся в окно и позвал мать. Та обернулась, бросила воротничок и, подхватив подол, одним махом взлетела на крыльцо.

Он схватил Лоло за руку и оттащил от окна в огненном обрамлении. Пламя пожирало обои с узором из чайников, словно надумав вскипятить в них воду. В комнате, наполнившейся густым черным дымом, стало трудно дышать. Надо вывести сестру, но как отыскать дверь?