Читаем Обманщики полностью

Его группа теперь стала намного популярнее. Успех заставил его пройти долгий путь. Во время его путешествия к нему присоединились другие группы, образовавшие свободную конфедерацию. Джемадары охотно подчиняли ему свою власть в ведении дел, сохраняя при этом в своих руках детальный религиозный и дисциплинарный контроль над своими людьми. Это произошло благодаря его успеху. Если бы они были англичанами, они бы назвали его «Лаки» Сэвидж. Как это было, за его спиной в ответ они назвали его «Гопал Кали-Пьяра,» - Гопал Возлюбленный Кали. Теперь у труппы медведей было четыре повозки, запряженные волами, а рядом с танцующим медведем — гиена, олененок и две шелудивые дикие рыжие собаки. Все полы телег были фальшивыми, а ящики внизу были заполнены драгоценностями, звонкой монетой и золотыми слитками.

В дороге он связался, возможно, с двадцатой частью сети Deceiver. Кроме того, он слышал сплетни у костров, и услышанные им слова проливали свет далеко за пределы силы пылающих бревен, далеко за пределы его путешествия. Один небольшой анекдот раскрыл существование обманщиков, которые работали на лодках в Сандербундах на востоке, за Калькуттой. Яркая жемчужина и ее история повествуют об Обманщиках на дымящихся лесистых холмах, возвышающихся над Адамовым мостом на самом юге и узким проливом на Цейлон. Вокруг костров он слышал об обманщиках, которые были телохранителями британских офицеров; о раджах, которые ели сахар Кали и теперь руководили операциями банд обманщиков из своих дворцов; о ростовщиках в Бомбее, бродячих джентльменах по оружию на западе. Он слышал… слишком много. Рука Кали лежала над Индией.

Солнце садилось низко, и три старушки кричали кули, чтобы они унесли свои паланкины с дороги в обширную манговую рощу. Ясин всегда ехал рядом с ними. Он пленил их своим тихим обаянием и исповедальными манерами. Он был похож на радужного английского викария среди уважаемых прихожан. Все, что он предлагал старушкам, становилось законом партии.

Уильям, в свою очередь, сошел с дороги и нашел место в роще, чтобы привязать лошадь и распаковать скудные вещи. Это был последний этап для восьмидесяти четырех человек, предстоящая ночь — их последняя, а восходящая луна — их последняя луна. Завтра группа убьет их всех. Это была бы не самая большая работа, которую когда-либо выполняли Deceivers, но она была достаточно большой. Уильям пытался пожелать, чтобы он мог отступить, отменить все это, но не смог найти этого желания. В нем росло старое, теперь уже знакомое волнение. Ему пришлось идти дальше, потому что от этого зависела его репутация великого Джемадара, а от этого — его жизнь, а от его жизни — его записи и окончательное уничтожение Кали. Но руки у него были теплые, и он боялся. Он начал собирать палки, все дальше отходя от манговой рощи и ее солоноватого колодца.

Остальные пришли один за другим в назначенное место, и не было сказано ни слова. Ясин расстелил простыню и положил на нее кирку. Уильям стоял позади, и ожидание и невольное почтение обрушились на него с тихого неба.

«О Кали, твои слуги ждут», — Ясин воскликнул от страсти и удивления. «Даруй им твое одобрение, молятся они».

Они ждали, молча склонив головы. Ни одно животное не двигалось, ни одна птица не кричала. Верхушки деревьев шевелились на вечернем ветру, наклоняясь на север. На них давила тишина. Они простояли пятнадцать минут. Тьма распространилась из джунглей, чтобы покрыть их.

Справа кричала сова, глухой пульс звука стонал под ветвями. Слева ответила вторая сова. На минуту две птицы позвали друг друга.

Обманщики отступили. Ясин схватил кирку и простыню и пробормотал: «Мы должны отменить это — все».

Кали поднялась в сумерках, представляя собой определенную фигуру перед глазами Уильяма, с черными бровями и змеиными волосами. Раньше она всегда отвечала ему сразу и отвечала «Да». Теперь его разорванный дух и страх перед ней взывали к нему, чтобы он прислушался к ее предупреждению. Но дух под Дух говорил, и это было глубоко обосновано, христиански и по-английски. Это не подчинилось бы языческим суевериям. Он яростно повернулся к своим людям и в мраке развел руками.

«Мы продолжим!» он резко заплакал. «Мы не можем вернуться назад. Сто сорок наших товарищей направляются к месту убийства. Мы не можем их остановить или общаться с ними. Мы продолжай!»

Пироо медленно сказал: «Кали».

«Кали дала мне личный знак ночью, когда я впервые спланировал это приключение», — отчаянно ответил Уильям. «Все в порядке. Это у меня на голове».

Глубокое упрямство оттолкнуло Кали. Всего час назад он искал способ отказаться от этого ужасного предприятия. Теперь путь открылся перед ним, и он не мог, не хотел им воспользоваться.

Душители ускользнули. Ясин заправил кирку за пояс и тяжело сказал: «Пусть будет так. Это на твоей голове. Похоронщики уже копали? Копать так много — колоссальная задача».

«Мы полагаемся на Хусейна. Он сказал, что в джунглях были большие ямы, где люди выкапывали железную руду».

Ясин снова сказал: «Пусть так и будет», и Уильям последовал за ним обратно в лагерь.