Мужчины у костра держали кувшин между собой и оглядывались по сторонам. Банка выпала у них из рук и разбилась о бревна. Гхи выбежали им на ноги. Люди отступили назад, наклонившись вперед, но отступая назад, как будто ноги отгоняли их от страшного любопытства глаз. Их лица были нарисованными, испуганными, выжидательными. Здесь, в джунглях Индии, не было ничего невозможного.

Священник, прижавшись руками к дереву, дрожал: «Ты человек или дух? Не делай нам зла!»

«Мужик!» сказал Уильям.

Женщина у костра подняла голову. Она стонала один раз, но не могла найти в себе сил пошевелиться. Темный румянец залил ее лицо, она схватила разорванные стороны лифа и держала их вместе в агонии смущения.

Уильям от стыда скрежетал зубами. «Это действительно я. Враги замышляли заговор. Говорят, я убил торговца в Декане. Англичане преследуют меня. Я этого не делал. Доказательства есть, и я должен их получить».

Женщина у костра закрыла лицо руками, попыталась встать, застонала и упала назад. Она сказала: «Ты голоден? Болен? Пострадал? Позвольте мне пойти с вами. Мне здесь не место. Видите ли…» Она протянула ему руки, лишенные украшений, подхватила разбросанные браслеты и позволила им снова упасть. «Возьми меня с собой. Я здесь мертв. Видите ли…» Она снова разорвала лиф.

Уильям говорил хрипло; он не мог сдержать голос. «Этого не может быть. Я должен идти. Никому не говори — никому из вас! Ждите моего возвращения в наш дом и живите хорошо».

Он повернулся, нырнул в деревья и слепо убежал, подальше от криков женщины у костра. Он услышал, как она кричала, выражая свои слова. «Я не могу! Я подожду тебя здесь! Здесь, !» Звук затих, и он не услышал ничего, кроме стука ног. Он бежал по черным джунглям, глядя кошачьими глазами, ощущая редко расположенные деревья, прежде чем приблизиться к ним.

Что он сделал? Женщина не вернулась в свой дом. Чандра Сен видела, что ее накормили. Но ее лицо было перед ним ярким; жар ее любви обжигал его. Для нее не было жизни без мужа. Она не выживет. Она будет существовать только там, среди сложенных дров. Мужчины, тайно посланные Чандрой Сеном, строили над ней крышу из листьев, чтобы защитить ее от июньского солнца, дрейфующих августовских дождей и декабрьской росы. Он не пришел к ней вместо смерти; он принял другой облик, и этот облик был смертью. Гопал никогда не вернется. Она будет сидеть там вечно.

Он замедлил шаг, задыхаясь. Он не знал, сделал ли он добро или зло.

<p>Глава пятая</p>

Что-то было не так со светом. Восходящая луна отбрасывает свою тень вперед среди деревьев; она должна сиять на его правой щеке. Он повернул направо и направился на север. Тропы Бхадора-Мадхья лежали в полумиле впереди. Добравшись до них, он знал, где находится, знал, в какую сторону повернуть, чтобы попасть на тропу к дому Падвы и Чандры Сен и Мэри. Дернув за набедренную повязку, он качнулся вперед.

Неподалеку сломалась сухая веточка с отчетливой трещиной. Он подумал о следе леопарда от мопса. Это было довольно близко к этому месту. Но леопарды не раскалывали ветки под ногами, если охотились. Зажатый в тени дерева, он уставился в сторону звука. Он ничего не видел, ничего не слышал.

Мужской голос рядом сказал: «»

. Али — мусульманское имя. Но как в этой пестрой темноте незнакомец узнал в нем Али, кем бы он ни был? Был ли он похож на Али так же, как на Гопала?

Не зная, что сказать, он не ответил. Между двумя деревьями в пятнадцати футах от него он мог различить форму говорящего. В руке у мужчины был кинжал.

Внезапно в порыве гнева Уильям забыл, кем он должен быть и какую одежду носит. Он вышел в тень и резко сказал на хинди своим обычным голосом: «Кто ты? Что ты здесь делаешь? Немедленно поднимите нож!»

Незнакомец отступил назад, сохраняя между ними расстояние в пятнадцать футов. Он был хрупкого телосложения и носил обычную белую набедренную повязку и белый тюрбан.

Уильям повторил: «Кто ты? Кто такой Али? Иди сюда, и давай посмотрим на тебя».

Мужчина тихо сказал: «Кто такие ? Ты не Гопал-ткач».

Уильям, в свою очередь, отступил в черную тень и грубо сказал своим хриплым, напускным голосом: «Да, я такой».

Незнакомец не ответил и не пошевелился. Он вдыхал воздух сквозь зубы и, казалось, решал, что ему делать. Наконец он сказал: «Я следовал за тобой — Гопал. Я слышал, как ты говорил, чтобы спасти женщину из твоего дома. Я тоже в опасности для своей жизни».

«Ты кого-то убил?» Уильям быстро сказал.

Мужчина уклонился от ответа. «За мной гонятся не англичане. Я не сделал ничего, что могло бы причинить им прямой вред». Он сделал легкий акцент на слове «они».