Читаем Невидимый мир полностью

Несмотря на кризис, переживаемый спиритической Церковью, спиритизм распространен теперь более, чем когда бы то ни было. Он возрождается в новых учениях и еще долгое время женские нервы будут в его власти. Люди, потерпевшие неудачу в жизни; те, кому претит материализм и кого пугают обязательные нормы религии; наконец, бесчисленное множество тех. кого обманула мечта, но привлекает тайна, – все с радостью пойдут навстречу этим легко доступным чудесам, столь слабо освещенным современной наукой.

Даже такие материалисты, как художники, и те стали изображать чудесное. Эстампы Одилона Редона изображают ужас блуждающих лярв[17]. На картинах Ораии копошатся гнусные демоны. Рисунки Джеймса Тиссо посвящены материализации призраков. Граф Антуан де Ларошфуко еще более тонок и ему удается схватить момент, когда душа в экстазе покидает тело. Валерий Бернар увековечил гарпий. Филипп Шарль Бланш различает грустные фигуры призраков на границе невидимого мира. Можно ли забыть Фелисьена Ропса, теперь уже умершего, или Хоукинса, у которого точность и мечта нераздельны; линии туманных призраков у него переходят в действительность. Знаменитая музыкантша Огюста Хольмес получает послания с того света; поэтесса Тола-Дориант слышит голоса невидимого мира. Да что! – даже бульвар не хочет, вернее не смеет, смеяться над чудесами. На террасе кафе Тортони Шолль рассказал мне о чудесах Ноте’а, который перевел часовую стрелку, не прикасаясь к ней, а Морис Монтегю до сих пор вздрагивает, вспоминая свои юношеские опыты со столами. Злой дух целый год тревожил своими советами Поля Адана. Духи писали и стучали у баронессы Деланд, а Жана Лоррена, который вызывал их. холодные руки увлекали во мрак. Современные правители чувствуют ту же любовь к чудесам, как и средневековые императоры и короли, проводившие время в обществе астрологов, колдунов и алхимиков. Президент Карно сообщил корреспонденту «Daily News», что он – ученик Аллана Кардека, но из государственных соображений исповедует католическую религию. А королева Виктория плакала, когда умер медиум, вызывавший дух ее покойного мужа…[18]

Среди многих неясных мистических грез существует одна прелестная история любви, в которой отражается трогательная легенда, относящаяся к началу спиритизма. Я говорю о мистическом браке Камилла Шеньо и «Марии с хризантемами». Шеньо, искренний и талантливый поэт и спиритуалист, стоит теперь во главе журнала «Revue Immortaliste». В то время он часто заходил к супругам д’Алези, занимавшимся спиритизмом. Следуя неизвестному внушению, муж рисовал странные фигуры. Жена писала, а под автоматическим влиянием магнетизера впадала в транс; ее собственная душа отсутствовала, и души умерших заменяли ее. Шеньо, как и другие поэты, долго мечтал о той близкой сердцу подруге, которую не находят на земле.

29 октября 1878 года во время сеанса появилось прекрасное кроткое создание 24 лет; она опиралась на стол с золочеными ножками, на котором лежали перед ней увядшие хризантемы. Она назвала себя Марией. Приспустили газ, чтобы в полусвете видение могло воплотиться. Действительно, на полу остался букет хризантем. Цветы зимы и смерти – цветы иной жизни…

В душе Шеньо был огонь. Новая Песнь Песней зажигает уста современного Соломона и влечет их к устам призрачной Суламифи. В прошлом существовании своем они уже любили друг друга. Какая радость свидания!

Подобно смертным, они клянутся в вечной верности. Полный человеческой слабости, он хочет чувствовать ее ревность, хочет кричать о своем блаженстве, рассказать несчастным, что новый завет сотрет старую печаль и смерть. «Когда ты чувствуешь, что сердце твое сжимается и хочет слиться с губами, то знай, что я целую тебя», – писала Мария рукой медиума. Она дает ему прядь волос; чудом любви совершается эта медиумическая передача.

Весна принесла тоску влюбленному сердцу.

Так хотелось ему, чтобы далекая возлюбленная стала живой и близкой! Мария наконец запечатлела поцелуй на устах поэта. Он почувствовал себя богом, и казалось ему, что осуществились священные слова «Любовь сильнее Смерти»

Но долго жить таким образом было бы выше человеческих сил. Мария советует своему возлюбленному выбрать себе женой непорочную отшельницу, которая тоже ждет своего жениха из иного мира. Он выбрал свою ученицу.

«Так надо, – сказал призрак с хризантемами, – будь счастлив, я не ревную».

Медиума на этот раз заменил мэр.

Незабвенная Мария не потеряла друга, но приобрела еще и сестру.