Читаем Невеста Солнца полностью

Знать и куракас разместились у стен храма, юноши и девушки в центре. Три стража храма заперли двери. Народ, который никогда не присутствует при этих таинствах, продолжал молиться в бесчисленных подземных ходах, на путях ночи. Люди не знали выхода из этого подземного лабиринта и ждали жрецов — по окончании церемонии те выведут народ на свет божий.

Клятва детей солнца

Гуаскар поднялся с места и следующими словами дал сигнал к началу церемонии:

— В начале был Паче Камак, Чистый Дух, царивший во мраке. Затем пришел сын его, Солнце, затем — дочь его, Луна, и Паче Камак даровал им небесное воинство звезд. У Солнца и Луны родились дети: сперва pirhuas, цари-первосвященники, после amautas, первосвященники-цари, затем инки, цари царей, избранные властвовать над родом человеческим.

Все собравшиеся повторили слова Гуаскара, как молитву. После этого молодые люди поднесли Гуаскару живую ламу. Гуаскар велел положить ее на золотую плиту жертвенника и приказал стражу храма, ведавшему золотыми ножами, вскрыть брюхо ламы. Осмотрев ее внутренности, Гуаскар заявил царю, что боги благосклонны к церемонии. Тогда царь предоставил слово главе кипукамайоков, и последний в нескольких пропетых им строфах изложил важнейшие эпизоды земной истории инков. Остальные отвечали ему монотонным пением других строф. Пока длилось пение, начальник «стражей истории» перебирал узелки на своих веревочках, как молящиеся христиане перебирают четки.

Когда он пропел строфу, где говорилось о мученичестве Атагуальпы и нашествии чужеземцев, все издали громкий крик. Царь, продолжавший сидеть на троне, поднял руку со скипетром и объявил, что испытание, ниспосланное богами его народу, заканчивается, ибо он, царь, избран самим Солнцем для изгнания чужеземцев. В залог своего примирения с народом, Солнце позволяет инкам предложить ему самую прекрасную, самую благородную из дев, происходящую по прямой линии от чужестранцев, которые сожгли Атагуальпу.

Все взгляды обратились на Марию-Терезу, снова загремели крики: «Muera! Muera la Coya! На смерть царицу мертвого царя!» Но кого инки обрекали на смерть? Разве Мария-Тереза еще не умерла?! Раймонд был твердо убежден в ее смерти — даже эти дикие крики не заставили ее вздрогнуть, открыть глаза. Если же она еще жива, то, очевидно, потеряла способность что-либо чувствовать и сознавать, и Раймонд мысленно благодарил за это небеса.

Царь продолжал свою речь, и все с видимым чувством удовлетворения выслушивали его обещания восстановить былой блеск и величие империи, ее частные и общественные порядки и религиозные обряды, что долгие века совершались тайно, в пустынных горах или в подземельях. Старики, видевшие нынешнее празднование Интерайми, подобного какому не бывало со времен Инки-мученика, могут умереть спокойно. Отцы и матери могут с гордостью взирать на детей, ибо их ждет славное будущее, а сердца девушек должны быть преисполнены радости, ибо для них взрастают в силе, красоте и мужестве свободные дети Солнца.

Затем царь встал и произнес:

— Пусть подойдут дети Солнца!

И юноши приблизились. В течение тридцати дней они, как и в древние времена, подвергались установленным испытаниям. Они постились, занимались борьбой и всякого рода физическими упражнениями, показывали свою ловкость в владении оружием, ранив и убив нескольких товарищей, спали на голом полу, носили грубые, простые одежды и ходили босиком. Теперь они были одеты в белые рубахи с крестами на груди, точно средневековые юноши перед возведением в рыцарское достоинство. Они были по- прежнему босы.

Они окружили золотую пирамиду, и Гуаскар, которому две девушки подали золотой таз, наполненный зелеными растениями, представил молодых людей царю. По мере того, как они дефилировали перед царем и обходили вокруг пирамиды, Гуаскар называл каждого из них и вплетал в их волосы листья вечнозеленых растений, указывая этим, что приобретенные ими добродетели должны сохраниться навсегда. Затем, один за другим, молодые люди поднимались к царю и преклоняли пред ним колени, а царь пробивал золотым шилом широкие отверстия в их ушах[32]. После этого они сходили вниз в своих белых, но теперь залитых кровью и ставших потому «священными» рубахах, а Гуаскар, вынимая большие золотые серьги из золотого таза, который держали перед ним две другие девушки, продевал им в уши эти украшения. И ничто в лицах юношей не указывало, какие страдания они испытывали…

В заключение они выстроились в ряд перед царем, и монарх обратился к ним с речью. Он поздравил молодых людей с успехами, достигнутыми ими в военных упражнениях, и напомнил им об обязанностях, связанных с их происхождением и саном.

— Дети Солнца! — говорил царь. — Я призываю вас следовать примеру отца вашего, царя небес, изливающего свои благодеяния на род человеческий. Особенно же старайтесь никогда не забывать, что сам наш прославленный предок, царь Уайна Капак, покинул волшебные обители Солнца, дабы принять вашу клятву.

И все юноши повернулись к мумии и, подняв руки, поклялись, что будут верой и правдой служить царю инков.