На улице я вдыхаю столь необходимый свежий воздух, радуясь тому, что оставляю за собой запах крови и пота. Пока Сайлас пишет кому-то смс, Фенн достает свою надежную флягу и делает быстрый глоток. Когда он протягивает ее, я принимаю ее и запиваю бурбоном, который идет так гладко, что я приятно удивлен.

— Кто же все-таки умер и сделал этого засранца королем? — бормочу я, передавая флягу Лукасу. — И почему все его терпят?

Сайлас наконец-то поднимает глаза от своего телефона. — Традиция, — отвечает он. Он закатывает глаза. — Когда ты пытаешься понять, почему в Сандовере происходит какое-то дурацкое дерьмо, ответ всегда — традиция.

— Это традиция для психопата, наживаться на трудолюбивых предпринимателях? — ворчу я.

Фенн фыркает. — Вполне. Но в этом году все гораздо интереснее, — говорит он со смехом. Он осушает остаток фляжки, а затем заправляет ее в задний карман своих джинсов за тысячу долларов. — С тобой, не укладывающимся в его рамки. Бедный Дюк не знает, как справиться с таким человеком, как ты. Он, наверное, каждую ночь плачет во сне.

— Или замышляет твою гибель, — говорит Сайлас, ухмыляясь мне.

Меня это не беспокоит. Пусть Дюк замышляет что хочет. Я делаю то же самое здесь, со своей стороны. Или пытаюсь, по крайней мере. Мой поиск информации о Дюке пока не выявил ничего интересного. Только обычное базовое дерьмо. Смертельно богатые родители. Один старший брат, который является достойным и полезным членом общества. Младшая сестра, которая учится в какой-то отвратительно шикарной подготовительной школе за пределами штата. Они близки, судя по его социальным сетям.

Насколько я могу судить, в его семейной жизни нет ничего откровенно гнусного. Это значит, что мне нужно продолжать копать. Я уверен, что в конце концов найду что-ни будь на него. У таких парней, как Дюк, всегда есть пара скелетов в шкафу. Вопрос времени, когда один из них вывалится наружу.

Я смотрю на Фенна, потом на Сайласа. — Я все еще не могу оценить ваши отношения с этим парнем. Вы не друзья.

— Друзья? — вторит Фенн. — Нет. Я просто приветлив с ним. Нет смысла ссориться с Дюком, если только это не что-то важное, холм, на котором ты хочешь умереть, понимаешь? По большей части, мы занимаемся своими делами.

Сайлас пожимает плечами в знак согласия. — Он обходит нас стороной, потому что мы не пытаемся испортить ни одну из его ракеток.

— Ракетки. Боже, он такой придурок. — Лукас смеется. — Не знаю, что Слоан вообще нашла в этом парне.

Я моргаю.

Потом снова моргаю.

— Подожди, что? — выплевываю я.

В то время как Лукас выглядит озадаченным моей вспышкой, Фенн и Сайлас обмениваются забавными ухмылками. — Черт, Лоусон будет так разочарован, — торжественно говорит Фенн. — Он действительно хотел быть тем, кто сообщит эту новость.

— Слоан встречалась с Дюком? — рычу я.

Фенн явно сдерживает смех. — О да.

— Целых два года, — с готовностью добавляет Сайлас.

В одном из редких случаев в моей жизни я действительно потерял дар речи. Ни одного умного замечания.

Слоан? И Дюк?

Какого черта?

ГЛАВА 18

СЛОАН

— Эй, ты не спишь? — В воскресенье утром я постучала в дверь Кейси. Она не спустилась к утреннему воскресному завтраку, что на нее не похоже. — Я собираюсь на пробежку. Хочешь со мной?

Ответа нет.

— Кейс? — Я просовываю голову в ее комнату и вижу, что она все еще в постели.

Она переворачивается, кутаясь в одеяло. — Который час?

— Ты все еще спишь? Уже десять.

— Извини. — Она зевает, вытирая корочку из уголка глаза. — Я не знала.

Волна беспокойства накрывает меня. — Ты хорошо себя чувствуешь? Заболела чем-ни будь?

Я занимаю место на краю ее кровати, когда она откидывается на подушки. Кейси отстраняется, когда я пытаюсь потрогать ее лоб.

— Я в порядке. — Нахмурив брови, она не смотрит на меня. — Просто плохо спала.

— В чем дело?

Ее пальцы перебирают пуговицы на пододеяльнике, пока она решает, стоит ли говорить мне о том, что с ней происходит на самом деле. Я даю ей пространство, потому что знаю, что если она и собирается что-то сказать, то только в свое время.

— Я думаю… — Она вздыхает. — Мне снова снятся кошмары.

Это абсолютный кинжал в мое сердце. — О несчастном случае?

— Об утоплении.

Слово на букву У имеет тяжелый подтекст в этом доме. Даже до выпускного вечера.

Меня не было рядом, когда умерла мама. Мы с Кейси остались с отцом, пока мама уехала на мыс с тетей и подружками. Это должна была быть веселая девичья поездка на выходные. Но вместо этого все закончилось трагедией. Совершенно случайный несчастный случай закончился тем, что мама поскользнулась и упала за борт. Ее конечности запутались в водорослях, которые утянули ее под воду. Ошеломленная тетя Моника сказала папе, что все произошло так быстро. Всего несколько секунд. Мгновение ока. Пропала. Умерла.

Спустя годы я не могу даже услышать слово «утопление» без того, чтобы в моей голове не возникли ужасные образы мамы, задыхающейся от холода, когда ее засасывает под воду.

Мое тело холодное, напряженное. — В этот раз что-то спровоцировало кошмары?