Читаем Муссон Дервиш полностью

Потребовалось тактическое отступление, я бросился к люку и выпрыгнул за борт. Пчёлы жужжали повсюду, разыскивая свою потерявшуюся королеву. Барахтаясь в воде вокруг Кехаара я отметил дефект в моём плане отступления, на мне ничего не было. Дождавшись затишья пчелиной активности я быстро вскарабкался на борт, схватил валяющиеся на палубе шорты и снова нырнул в спасительную воду. Ничего нельзя было сделать, только ждать и надеяться, что я всё же смыл матку. Моя долблёнка лежала на палубе покрытой пчёлами, я отправился к острову вплавь. Сидя в тени казуарина, сбежав с собственной лодки, я размышлял о превосходстве насекомых. Они конечно бессловесные и безмозглые существа, но никто другой с лодки меня ещё не выгонял.

У этой истории был счастливый конец. К тому времени, когда подул послеполуденный бриз, лишь редкие заблудившиеся насекомые ползали по палубе. Я смог спокойно выбрать якорь и продолжить плавание вдоль побережья.

Архипелаг Керимбас, это цепь коралловых островов, протянувшаяся на сто двадцать миль от реки Рувума, на границе Танзании, до города Пемба (бывший Порт Амелия). Вся эта зона навевает необычное чувство меланхолии. В разные времена здесь жило приличное количество людей. Разбросанные среди развалин арабских городов дома, португальские форты, разрушенные спальные бараки эры коммунизма, заброшенные молодые кокосовые посадки и мангровые хижины. За исключением острова Вамизи, на нём вряд ли кто-нибудь сейчас живёт. С началом сезона дождей даже временные рыбацкие лагеря опустели. На островах очень мало грунтовых вод, люди периодически приходят, процветают некоторое время и снова исчезают.

По структуре поселений и по тому, что они оставили после себя, можно сказать, кто они были. Каждая из морских наций принесла собственный, отличный от других, стиль колонизации. Французы находили натуральный порт и начинали строить прямо на берегу.

Когда они уходили, после них оставались багет и круасаны, как например на Мадагаскаре.

Англичане искали натуральный порт с судоходной рекой, поднимались шесть миль по реке и закладывали город. Все главные австралийские города таковы. Главным их наследием является английский язык. Арабы, двигаясь вдоль побережья Африки, находили остров недалеко от материка и строили на нём крепость и город. Читая туристические путеводители можно подумать, что их таких всего три: Ламу, Занзибар и Момбаса. На самом деле целая цепь городов соответствует этой схеме: Патэ, Феза и Ламу в Кении, Момбаса, Занзибар и Килва на центральном побережье, Вамизи, Ибо и Мозамбик на юге и коморское ответвление Анжуан и Морони. После арабов осталась арабская кровь и, вместе с ней Ислам и кофе.

Наименее заметное материальное наследие в Африке оставили португальцы. Подчас это только их репутация как подлых негодяев, в своих завоеваниях они использовали очень коварные методы. Они хотели захватить процветающий город Килва, где тогда находился арабский университет и великолепный двор. Султан Килвы отказался сдаваться, осада ничего не дала. Тогда португальцы заключили союз с Зимба, племенем кочевников каннибалов с озера Малави, и те пришли в Килва. Всё закончилось тем, что султан был зажарен на вертеле, а город так никогда и не оправился после разорения. Португальцы заполучили руины во славу Всевышнего в 1587 году.

Двумя годами позже объединённые силы Зимба и португальцев взяли Момбасу. Защитники, под предводительством турецкого капера Амир Али Бея, были разгромлены и зажарены на углях. Завоеватели направились в Малинди. Хорошо откормленные каннибалы стали слишком сильны и испуганные португальцы их предали. Они объединились с местным племенем Сегежу и разбили Зимба. После победы они отступили в Момбасу и построили там форт Иисус, всё в благородном стремлении принести Христианство африканским дикарям.

Керимба остались мусульманскими даже при правлении португальцев. Небольшая территория вдоль побережья говорит на суахили, это тоже осталось от арабов. Через несколько миль вглубь материка начинается настоящий Вавилон разных языков и диалектов, племенного подданства и ревности, это характерно для Мозамбика.

Посёлок Керимба, яркий пример методичного исламского разделения. Я привык к мадагаскарским деревням, где царит полная коммунальная анархия. Маленькие хижины без окон, разных размеров, разбросаны без плана и какого либо порядка, плотной кучкой, каждое здание обращено в другом направлении. Тесное пространство между ними является общим.

Нет оград и нет никакой приватности. Керимба от Мадагаскара отделяет всего лишь узкая полоса моря, но там совсем иная картина. Прямоугольные дома мазанки, с окнами и крытыми пальмовыми листьями крышами, широкие дворы обнесены высокими заборами.

Дома каждой семьи расположены рядом и объединены большим огороженным двором, неправильной формы. Широкое незанятое пространство отделяет их от другой семьи.

Большие пространства и чувство неприкосновенной приватности, это то, что замечаешь в первую очередь.