Читаем Мост Её Величества полностью

— Без мата давай. Во-вторых, я никого из них и пальцем не тронул.

— А на районе говорят, что ты их… — Тень задумался.

— Короче, — поторопил его я. — И по теме.

— Короче, ира, они забрали вещи… А вместо них, ира, будут в том же руме жить эти двое, которых привез Джимми.

— Твою мать… — пробормотал я. — А почему эту комнату нам не отдали? Раз уж оттуда украинцев выселили?

— Ну и они, ира, — не слушая меня, продолжил Тень, — типа такой «проставки» сделали — ящик баночного пива притащили. Хотели бухла купить у индусов… Водки, в смысле. Но я сказал, что вы с Татьяной, ира, не пьёте крепкого.

— Ты — тоже, — напомнил я Тени о наших договоренностях. — И вообще… ты поменьше давай болтай!

— А я чо, ира… Я же ничо такого не сказал.

Проходя через гостиную, я поприветствовал легким взмахом руки новых соседей. Тень увязался за мной; на ходу он достал из кармана ключ.

— Вот, Папаня!.. Сделал два ключа от входной двери — себе и тебе.

Мы остановились в вестибюле. Я взял у него ключ, сунул его в карман куртки.

— Ты сказал — «сделал»? Или мне послышалось?

— Сделал, ира… вот эти руками.

Я бросил на его удивленный взгляд. Ну, я-то знаю, что Николай по жизни не «рукожоп», руки-то у него растут, откуда надо. Другое дело, что он свои умения и навыки в последнее время редко предъявляет в повседневной жизни, предпочитая плыть по течению. И это уже не говоря о наличии энного количества тараканов, которые поселились с некоторых пор в его черепушке.

— А где взял инструмент?

— В мастерской, Папаня. У Боба.

— В какой еще мастерской? И кто такой «Боб»?

— Да тут… рядом. У него, ира, мастерская по починке бытовой техники, телевизоров… Мне про него Энтони сказал.

— Энтони? Это кто такой?

— Ну, тот англик, которого ты в гостиной видел. Он в одной комнате с Янеком живет… и еще там с ними один мэн.

— Впервые слышу. Они что, живут в нашем доме? Англик и этот… второй «мэн»?

— Ну да.

— А почему я их раньше здесь не видел?

— Так ты же, ира, сутками пропадаешь на пакгаузе. Кстати… он меня берет на работу.

— Кто? Энтони?

— Не, Энтони безработный. Я, ира, говорю про Боба.

— Вот это да… А как ты с ним договорился? С этим Бобом?

— Да нормально, ира. — Тень пожал плечами. — Я его и сам заприметил, ира. Я тут по району ходил… делать-то нечего…

— Высматривал, что плохо лежит?

— Не, ну люди выбрасывают много чего… Как-то раз увидел, ира, старый «Панасоник» — на тротуаре, за порогом. Зашел в мастерскую, спросил, можно ли забрать.

— И?

— Сам «ящик» негодный — полный капут. Но мы разговорились с хозяином… Хороший мужик, ира, этот Боб.

Я криво усмехнулся.

— Интересно, на каком языке вы базарили? Он ведь англик?

— Да, местный.

— И как ты с ним столковался?

— Ну так, ира… легко. Где-то на пальцах, что-то на словах.

Тень почесал подбородок.

— Ай нид зе… дзе… дзе джоб… Короче, ира, по два часа в день пока. За час — три фунта…

— Уже хлеб.

— И еще там рядом автомастерская. Я поговорил с хозяином, он знакомый Боба, им электрик нужен. Может, возьмут на приработок… Левый, ира, но фунтов пять-десять в день можно и там зарабатывать.

Я хмыкнул. Вот кто это так со мной шутит? Что это за совпадения? На днях я сказал в телефонном разговоре теще, что нашел «временную подработку — в автомастерской, чиню электропроводку». И вот, извольте: Николай нашел «подработку», и именно в «автомастерской», конкретно — электриком.

— Понятно. Ну что ж, поздравляю… ты движешься в верном направлении.

Я уже поднялся наверх, когда снизу донесся голос приятеля.

— Папаня?

— Чего тебе еще? Я в душ!

— Тут все просто в акуе, как ты уделал хохлов!.. Их, пля, никто не любит… Они достали уже всех.

— Чтоб ты знал, я их пальцем не тронул.

— Да ладно, ира… Говорят, сдриснули в ужасе… Теперь в другом районе будут жить.

Я покачал головой; вот так и слагаются городские легенды.

Сквозь полудрему я услышал, как хлопнула входная дверь. Снизу послышались громкие мужские голоса. Татьяна сунула тюбик помады в косметичку. Потеребила меня за плечо — я дремал, устроившись на раскладушке.

— Джимми приехал… Пойдем, Артур, получим свои конвертики.

Я сполоснул лицо под раковиной. С изумлением посмотрел на благоверную: Татьяна надела короткое обтягивающее черное платье и туфли на высоком каблуке… Кроме того, она сделала прическу и макияж.

— Оп-па… — пробормотал я. — Отлично выглядишь.

— Спасибо.

— А в честь чего… могу я спросить?

— Да просто так. — Татьяна посмотрела на наручные часики. — Захотелось себя хотя бы на час женщиной ощутить, а не «кабетой» с пакгауза.

Мы спустились по лестнице, прошли в гостиную; причем, Татьяна держала меня в этот момент под руку. Здесь уже шла раздача «конвертов». Более того, по поводу содержимого полученных Янеком и Броней конвертов последние двое как раз в момент нашего появления высказывали индусам какие-то претензии.

На какие-то секунды в гостиной стало тихо. Все, включая сикхов, уставились на нас. Татьяна, надо сказать, выглядела в этом наряде весьма эффектно. Скажу больше; в этом обществе, в данном месте и при данных обстоятельствах, она казалась инопланетянкой, высшим существом, посланницей иных миров.