Читаем Молла Насреддин полностью

Доблесть


Насреддин отправился в поездку верхом, взяв с собой две сабли и два копья. Ему повстречался пеший разбойник и раздел его донага. Насреддин вернулся в родной город, плача и причитая, рассказал о своей беде. Его спрашивают:

— Как же это пеший с одной только палкой одолел тебя?

— В одной руке у меня была сабля, в другой — копье, — стал рассказывать Насреддин. — Он не дал мне времени метнуть в него копье, стукнул меня палкой по голове, снял с меня оружие и раздел. Когда пришел я в себя, то стал ругать его последними словами, но он не обратил на это никакого внимания и пошел своей дорогой.


Стихи Насреддина


Насреддина спрашивают:

— Ты помнишь наизусть стихи какого-либо выдающегося поэта?

— Не говоря уже о том, — отвечал он, — что я храню в своей памяти все знаменитые стихи, я и сам пишу прекрасные стихи.

— Так прочитай, — стали его просить, и Насреддин произнес какие-то несвязные слова, в которых не было намека на рифму и размер.

— Так ведь здесь, — говорят ему, — нет ни рифмы, ни смысла.

— Странный народ! — возмутился Насреддин. — Ведь говорят же, что стихи — это то, в чем нет смысла. Я поэтому и читаю стихи, а не рифму и смысл.


Три дурака


Шли по дороге два дурака. Один говорит:

— Хорошо бы, если бы бог даровал мне стадо овец в тысячу голов.

— А мне бы, — вторит ему другой дурак, — сто волков, чтобы каждый из них сожрал по десять овец из твоего стада.

Первый сильно рассердился, стал ругать второго, тот стал отвечать ему, разгорелся спор. Тут подоспел Насреддин и спрашивает, почему они спорят. Они изложили суть спора, Насреддин перевернул вверх дном кувшин с медом и воскликнул:

— Пусть кровь моя прольется, как льется этот мед, если вы оба не самые большие дураки на свете!


Хождение вокруг дома


Насреддина пригласили на новоселье в новый дом. Во время угощения его обделили и ничего не подали. Тогда он встал, вышел и с серьезным видом стал кружить вокруг дома.

— Что это значит? — спрашивают его, а он отвечает:

— Мне показалось, что дом похож на бесплодную пустыню и Мекканский храм, поэтому я решил совершить вокруг него обрядовое кружение, как вокруг Каабы[50].

Когда Насреддин кончил ходить вокруг дома, он стал измерять дом.

— А это для чего? — спрашивают его.

— Дом, в котором не едят, — отвечал Насреддин, — должен быть очень выгодным. Вот я и мерю, чтобы построить такой же.


Азан


Насреддин провозглашал азан на бегу.

— Зачем ты бежишь? — спрашивают его, а он отвечает:

— Я хочу определить, на каком расстоянии я могу облагодетельствовать людей своим азаном.


Мольба, исполненная наоборот


Насреддин вез на мельницу пшеницу и думал: «Если бы эта пшеница превратилась в золото, то мои дела пошли бы в гору». Он воздел руки к небу и попросил бога превратить его пшеницу в золото. Не успел Насреддин закончить молитву, как мешок лопнул, пшеница посыпалась на землю.

— Господи! — воскликнул он. — Ты не захотел превращать мою пшеницу в золото, но ради чего ты смешал ее с землей?..


Еще одна молитва


Насреддин шел пешком через пустыню, устал и обратился к богу с молитвой:

— О боже! Пошли мне мула или осла. Я уж больше не могу идти пешком.

Но тут показался другой пеший с саблей в руке. Он тоже очень устал и заставил Насреддина посадить себя на плечи и отнести в город. Насреддин в полном гневе обратил лицо к небу и крикнул:

— Боже! Ты уже шесть тысяч лет владычествуешь как бог, но до сих пор не можешь разобрать как следует просьбу.


Ясновидение Насреддина


Насреддин заявил, что он чудотворец.

— Что ты умеешь делать? — спрашивают его.

— Я могу читать ваши сокровенные мысли, — ответил он.

— О чем же мы сейчас думаем?

— Вы думаете о том, правду я говорю или нет.


Понимание стихов


Эмир сочинил касыду[51] и прочитал Насреддину.

— Плохие стихи, — сказал Насреддин. Эмир пришел в ярость и заточил Насреддина на целые сутки в темницу и велел морить его голодом.

В следующий раз, когда эмир стал читать Насреддину свою касыду и попросил его высказаться, Насреддин, ничего не ответив, встал со своего места.

— Куда ты идешь? — спросил его эмир.

— В темницу, — ответил Насреддин.


Палка


Четверо ребят сидели на берегу реки, опустив ноги в воду. Они заспорили, какие ноги чьи. Мимо проходил Насреддин, понял, о чем спор, сломал ветку с дерева, сделал из нее палку и со всей силой огрел их по ногам. Дети живо повытаскивали свои ноги из воды.

— Ну, теперь вы знаете свои ноги, — напутствовал их Насреддин, — ступайте по своим делам и впредь не глупите.


Справедливость


Один поэт прочитал Насреддину свою касыду.

— Скверные стихи, — сказал Насреддин. Поэт рассердился и стал поносить Насреддина, а тот ответил:

— Вот проза у тебя получше стихов.


Град


Весной Насреддин пахал в поле. Пошел сильный град и иссек всю лысину Насреддину. Он бросил быков, схватил заступ, обратил лицо к небу и закричал:

— Если ты мужчина, разбей-ка голову этому заступу!


Племянник Насреддина


Перейти на страницу:

Похожие книги

Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Поэзия / Древневосточная литература