Читаем Мать ученья полностью

Вечеринка проходила замечательно. Акоджа все равно действовала ему на нервы, но поскольку в этот раз она не выполняла поручение Ильзы, она хотя бы не потащила его заводить бессмысленные знакомства, ограничившись тем, что критиковала его каждые пять минут и деревенела от смущения и нервозности, хотя они якобы пришли просто потанцевать. Что касается заговорщиков — у них все складывалось неважно. У Зориана был с собой телепатический передатчик, и он знал, что все вторжение трещит по швам. Пусть городские власти и не поверили в масштаб вторжения, описанного аранеа, и приготовили явно недостаточно военной силы (причем, как понял Зориан, даже такое количество показалось многим чиновником избыточным), но они были готовы к нападению. Заговорщики же были жалкой тенью прежней мощи — без плацдармов, уничтоженных властями, и без многих предводителей, убитых аранеа. Предварительный обстрел сорвался — магов-артиллеристов перебили, прежде чем они успели что-то предпринять, академия решила сменить конфигурацию оберегов, блокируя телепортацию заговорщиков, а наземные войска ибасанцев столкнулись с гарнизоном, и силы защитников все прибывали — оценив масштаб угрозы, городские власти задействовали все имеющиеся войска.

Так что когда двери танцевального зала взорвались облаком щепок, поражая тех, кому не повезло стоять у входа, Зориан удивился. Очень удивился. Пару секунд спустя, прежде чем осела пыль и смолкли крики, в зал вошли трое.

В центре шел лич. Именно такой, каким Зориан и помнил его — внушительный скелет из черных, слегка поблескивающих металлом костей, в короне и металлическом доспехе. Царственный образ довершал скипетр в костяной руке. Слева от лича шла женщина в черной одежде, напоминающей военную форму — простые штаны, простая куртка с вышитым гербом (было далековато, и Зориан не видел отчетливо, но вроде бы в центре композиции был череп. Кто, черт возьми, станет и вправду помещать череп на свой герб?) и тяжелые кожаные сапоги. Все очень просто и утилитарно, но из-за черного цвета выглядело зловеще. Она шла уверенно, сжимая рукоять меча, с выражением равнодушной жестокости на лице, и Зориан не мог не отметить, что ее бледная кожа и угольно-черные волосы, стянутые в тугой хвост, придают ей довольно вампирский вид.

…потому что она и есть вампир, не так ли? О боги, всякий раз, когда он думает, что хуже ибасанцы уже просто не могут быть, они с готовностью показывают ему — можем, еще как можем.

Третий был с головы до пят укутан в кроваво-красную мантию. Лицо скрывала наведенная магическая тьма под капюшоном. В отличие от лича и вампирши, идущих с молчаливым достоинством, Красный (как его назвал про себя Зориан) шагал осторожно, оглядывая пораженных людей, его капюшон поворачивался вправо-влево, словно искал в толпе что-то. Или кого-то — он остановился, как только его взгляд встретился с Заком.

— Он, — гулким, искаженным магией голосом сказал Красный, указывая на Зака посохом.

И, словно дождавшись этой команды, в зал сквозь выбитые двери хлынули боевые тролли и маги в коричневых мантиях. Все вокруг наконец оправились от шока и сообразили, что на них напали.

И воцарился хаос.

По плану Зориана и матриарха, третий путешественник схватится с Заком, одолеет его и узнает из его разума об аранеа. Зориана смущали многие этапы плана, но больше всего — допущение, что Зак так легко проиграет Третьему. При всех его недостатках, Зак хорош в боевой магии.

Зориан почти сразу понял, что Красный — и есть третий путешественник, и как тот собирается справиться с Заком — Третий пришел не один. Зак не справлялся даже с одним личем; добавить в уравнение вампиршу и Красного — и исход станет очевиден.

Да, вокруг Зака — целый зал других магов, которые тоже включились в битву — но тролли и младшие маги ибасанцев связали их боем. Кайрон и еще пара других попытались вмешаться, но противник превосходил их наголову.

О да, они попытались. Кайрон сотворил сияющий силовой хлыст и отсек вампирше руку, а обратным движением оттолкнул ее меч (определенно зачарованный, горящий странным фиолетовым огнем, разъедающим магические щиты) далеко в сторону. Подозрение, что эта женщина — некая форма нежити, полностью подтвердилось: обрубок руки совершенно не кровоточил, да и потеря руки оказалась для нее лишь неудобством — она выхватила нож второй рукой и вернулась к сражению. Красного умудрился ранить один из студентов, когда дружный залп магических снарядов пробил защитную сферу. Увы, после этого трюка молодых магов почти не осталось, а враг, разделавшийся с ними в ответ, был практически невредим. Что же до лича — он словно издевался над противниками: ничто не могло даже поцарапать его кости. Зак, используя какие-то черные молнии, сумел разбить изукрашенную броню твари и даже сбил с черепа корону — но не смог оставить ни малейшей отметины на самом скелете. Из чего, черт возьми, эта штука сделана?