Читаем Мастер артефактов полностью

Луатас… Какое знакомое имя… Где он мог его слышать? В памяти Терина вдруг всплыл образ хрупкой девушки, играющей на флейте. Кажется, там был еще какой-то мужчина… Точно, он еще жонглировал аж двенадцатью ножами! Как же его звали… Краснобород? Краснолап?.. Ну конечно, Краснопал!

– Каснофал! – замычал Терин. – Каснофал, Каснофал!

Цветок пошевелился, лепестки, опутывавшие язык, обмякли, и Терин с жадностью глотнул воздуха.

– Что он говорит? – спросила женщина.

Какой знакомый голос, подумал Терин. Где-то я его уже слышал.

Внезапно комнату озарил свет, и послышалась тихая мелодия. Терин зажмурился, а когда открыл глаза, обнаружил, что висит в паутине из лиан, тянущейся от пола до потолочных балок. Он завертел головой, пытаясь определить, откуда льется музыка, и тут же увидел ее – Луатас.

– Краснопал! – что было мочи заорал Терин, и цветок снова заткнул ему рот.

Женщина в странном одеянии из листьев, цветков и переплетенных лоз перевела взгляд с Терина на музыкантшу:

– Луатас, вы знакомы?

Илюмитка, не отнимая от губ оловянную дудочку, чуть наклонила голову вбок, а потом потянула носом:

– Он друг или враг?

Дудочка заиграла веселее, с легкими, радостными переливами.

– Значит, друг. И насколько я могу судить по твоему тону, особой сообразительностью он не отличается.

Луатас наклонила голову и продолжила наигрывать свою песенку. Тут только Терин понял, что свет, озаряющий комнату, исходит не от факела или масляной лампы, а от самой Луатас. Более того, он подрагивал и трепетал в такт музыке, которую наигрывала девушка.

– Терин?

Опять этот голос.

Терин кое-как извернулся, чтобы посмотреть на девушку. Ему удалось увидеть ее лишь мельком, но и этого оказалось достаточно, чтобы убедиться: перед ним вовсе не призрак, а настоящий человек из плоти и крови.

Это была Фэйт.

Титус лежал в кромешной тьме, силясь вспомнить, как он тут оказался.

Та женщина с бронзовой кожей… это она сделала так, чтобы на дороге появилась яма. Но как?

Ответ выглядел очевидным – с помощью магии, – однако яснее от этого не стало. Где он? Кто его поймал и что им от него нужно?

Скорее всего, я в каком-нибудь подземелье. Тут холодно, но не слишком сыро. Интересно почему?

Впрочем, какая разница, главное – придумать, как отсюда выбраться.

Хоть бы Терина не схватили. Если он на свободе, то обязательно приведет помощь.

Титус нервно сглотнул. Непременно приведет. Терин его точно не бросит. Не бросит ведь?..

В темноте что-то шевельнулось, и Титус боязливо поджал под себя ноги.

– Эй, – хрипло позвал он. – Тут кто-нибудь есть?

– Есть, – прошелестел в ответ голос, безжизненный и блеклый, и все же отчетливо мужской. – Я здесь есть. А теперь еще и ты.

– Кто вы?

– Тот же, кто и ты, – узник. И как и тебя, меня бросили сюда умирать. Чтобы снова родиться.

Титус осторожно отполз назад и прижался спиной к холодной каменной стене. Кем бы ни был его товарищ по несчастью, кажется, он уже успел свихнуться.

– Меня зовут Титус, – произнес мальчик. Вопреки всем стараниям, его голос походил больше на испуганный писк. – Я… я ищу кое-кого. Вы встречали человека по имени Брайан?

– За свои жизни я много кого повидал. Наверняка и Брайана тоже. Или Брама. Или Бренна. Может, даже всех троих.

– Ясно, – пробормотал Титус. На что он только рассчитывал, задавая вопрос безумцу? – Что ж, все равно спасибо.

– Ты скоро умрешь.

– Что? – от неожиданности Титуса даже повело.

Он качнулся вправо, выставил руку, чтобы не упасть, и ощутил под ладонью что-то холодное, мягкое и липкое. Это был мертвец.

– Кеос! – Титус в ужасе отшатнулся. – Это чье-то тело? Мы что, заперты здесь вместе с трупом?

– А, раньше это был я. Извини, неловко получилось. Увы, но ни выбирать новое тело, ни решать, что делать со старым, я не могу.

Безумец вздохнул. Вековая печаль и усталость, злость и неизбывная тоска – все эти эмоции он выразил в одном-единственном вздохе.

– Как это – раньше это были вы?

Еще один вздох.

– Ты все равно не повершишь… но лучше поверь. Я скоро умру, а потом умрешь и ты. Так все устроено, ничего не попишешь. Это случилось с ним, когда я умер в последний раз, а теперь случится с тобой.

– А кем он был?

– Этот-то? Не знаю, обычным человеком. Необычных сюда не отправляют – иначе я давно сбросил бы эти оковы.

– Вас заковали в цепи?

Где-то во тьме раздался смешок.

– Нет, парень. Это просто такое выражение. От моих оков нет ключа. Их ни разорвать, ни разрубить. Я вечный узник. Каждое новое тело – моя тюрьма, и так будет всегда.

Титус наконец начал понимать, кто перед ним.

– Вы… по-вашему, вы…

– По-моему, я – что?

– Вы думаете, вы Брон Глоир… да?

Воцарилась звенящая, почти сверхъестественная тишина, и Титус окончательно убедился, что он прав. Прошла целая вечность, прежде чем он снова услышал голос незнакомца: