Читаем Малое прекрасно полностью

Кроме того, современная цивилизация боится всего, что не поддается логическому объяснению. Самопознание же действительно сопряжено с опасностями, и это приводит нас к рассмотрению Третьей Сферы Познания. Систематическое изучение своего внутреннего мира (Сфера 1) и мира других существ (Сфера 2) должно быть обязательно уравновешено и дополнено столь же систематическим изучением себя как объективного феномена. Здоровое и целостное самопознание непременно должно состоять из двух элементов: изучения моего внутреннего мира (Сфера 1) и «изучения того, как я выгляжу со стороны» (Сфера 3). Первый элемент без последнего может привести к серьезным и опасным заблуждениям.

Мы имеем прямой доступ к Сфере 1, но не к Сфере 3. В результате наши намерения обычно куда более реальны для нас, чем наши действия, что может привести к глубоким разногласиям с окружающими, для которых наши действия куда более реальны, чем наши намерения. Если мое представление о себе складывается исключительно из Сферы 1, моего внутреннего опыта, я неизбежно буду представлять себя пупом земли: все вращается вокруг меня; я закрываю глаза — мир исчезает; я страдаю — мир полон тоски и печали; я счастлив — мир становится раем. Приходит на ум отрывок из дневников Геббельса, одного из титанов гитлеровской Германии: «Если погибнем мы, то погибнет весь мир». Но можно обратиться и не к таким уж мрачным примерам. Многие безобидные и благодушные философы всерьез задаются вопросом, будет ли дерево, на которое они смотрят, по-прежнему существовать, если на него никто смотреть не будет. Они затерялись в Сфере 1 и так и не достигли Сферы 3.

В Сфере 3 требуется полностью отрешенное, объективное наблюдение. Стоит принять желаемое за действительное, и все усилия пойдут насмарку. Что я наблюдаю на самом деле? Или, скорее: что бы я увидел, если бы наблюдал себя со стороны? Достигнуть такой объективности очень трудно, но без нее гармоничные отношения с другими людьми невозможны. Выражение «поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой» имеет смысл, только если мне известно, как окружающие воспринимают мое поведение по отношению к ним.

Как-то раз я прочитал историю о человеке, что умер и попал в загробный мир. Там он встретил множество людей. В некоторых он узнал своих старых добрых знакомых, в других — своих давних недругов. Но один незнакомец был просто невыносим. Его слова, манеры поведения, привычки, леность, лицемерие, ужимки — все приводило нашего героя в ярость и вызывало глубочайшее отвращение. Кроме того, ему были известны все мысли этого человека, его чувства, тайны и фактически вся его жизнь. Он спросил у знакомых, кто этот несчастный зануда. Ему ответили: «Знаешь, у нас здесь все видится не так как на земле. Этот зануда есть ты сам». Представим себе, что вам пришлось жить с человеком, который есть вы сами. Возможно, вашим близким приходится делать то же самое. Конечно, если вы не привыкли наблюдать за собой, то, наверное, воображаете себя сущим ангелом. И вздыхаете: «Ах, если бы все люди были похожи на меня, жизнь на свете была бы по-настоящему счастливой». Тщеславию и самодовольству нет пределов. Ставя же себя в положение другого человека, вы тем самым принимаете его точку зрения: как он видит вас, слышит вас, и ощущает ваше повседневное поведение. Вы видите себя его глазами[190].

Это яркое и точное описание того, что означает познание Сферы 3. Кроме того, из него становится ясно, что знание Сферы 1 очень отлично от знания Сферы 3 и что первое без второго бесполезно, не сказать хуже.

Перейти на страницу:

Похожие книги

500 дней
500 дней

«Независимая газета», 13 февраля 1992 года:Если бы все произошло так, как оно не могло произойти по множеству объективных обстоятельств, рассуждать о которых сегодня уже не актуально, 13 февраля закончило бы отсчет [«500 дней»]. То незавидное состояние, в котором находится сегодня бывшая советская экономика, как бы ни ссылались на «объективные процессы», является заслугой многих ныне действующих политических лидеров, так или иначе принявших полтора года назад участие в похоронах «программы Явлинского».Полтора года назад Горбачев «заказал» финансовую стабилизацию. [«500 дней»], по сути, и была той же стандартной программой экономической стабилизация, плохо ли, хорошо ли приспособленной к нашим конкретным условиям. Ее отличие от нынешней хаотической российской стабилизации в том, что она в принципе была приемлема для конкретных условий того времени. То есть в распоряжении государства находились все механизмы макроэкополитического   регулированяя,   которыми сейчас, по его собственным неоднократным   заявлениям, не располагает нынешнее российское правительство. Вопрос в том, какую роль сыграли сами российские лидеры, чтобы эти рычаги - контроль над территорией, денежной массой, единой банковской системой и т.д.- оказались вырванными из рук любого конструктивного реформатора.Полтора года назад, проваливая программу, подготовленную с их санкции, Горбачев и Ельцин соревновались в том, на кого перекинуть ответственность за ее будущий провал. О том, что ни один из них не собирался ей следовать, свидетельствовали все их практические действия. Горбачев, в руках которого тогда находилась не только ядерная, но и экономическая «кнопка», и принял последнее решение. И, как обычно оказался  крайним, отдав себя на политическое съедение демократам.Ельцин, санкционируя популистскую экономическую политику, разваливавшую финансовую систему страны, объявил отсчет "дней" - появилась даже соответствующая заставка на ТВ. Отставка Явлинского, кроме всего прочего, была единственной возможностью прекратить этот балаган и  сохранить не только свой собственный авторитет, но и авторитет

Станислав Сергеевич Шаталин , Григорий Алексеевич Явлинский

Экономика
Очерки советской экономической политики в 1965–1989 годах. Том 1
Очерки советской экономической политики в 1965–1989 годах. Том 1

Советская экономическая политика 1960–1980-х годов — феномен, объяснить который чаще брались колумнисты и конспирологи, нежели историки. Недостаток трудов, в которых предпринимались попытки комплексного анализа, привел к тому, что большинство ключевых вопросов, связанных с этой эпохой, остаются без ответа. Какие цели и задачи ставила перед собой советская экономика того времени? Почему она нуждалась в тех или иных реформах? В каких условиях проходили реформы и какие акторы в них участвовали?Книга Николая Митрохина представляет собой анализ практики принятия экономических решений в СССР ключевыми политическими и государственными институтами. На материале интервью и мемуаров представителей высшей советской бюрократии, а также впервые используемых документов советского руководства исследователь стремится реконструировать механику управления советской экономикой в последние десятилетия ее существования. Особое внимание уделяется реформам, которые проводились в 1965–1969, 1979–1980 и 1982–1989 годах.Николай Митрохин — кандидат исторических наук, специалист по истории позднесоветского общества, в настоящее время работает в Бременском университете (Германия).

Николай Александрович Митрохин , Митрохин Николай

Экономика / Учебная и научная литература / Образование и наука
Путь к социализму: пройденный и непройденный. От Октябрьской революции к тупику «перестройки»
Путь к социализму: пройденный и непройденный. От Октябрьской революции к тупику «перестройки»

Каким образом складывалась социально-экономическая система советского типа? Какие противоречия ей пришлось преодолевать, с какими препятствиями столкнуться? От ответа на эти вопросы зависит и понимание того, как и благодаря чему были достигнуты наиболее впечатляющие успехи СССР: индустриализация страны, победа над нацистской агрессией, штурм космоса… Равным образом ответ на эти вопросы помогает понять, почему сложившаяся система оказалась обременена глубокими проблемами, нерешенность которых привела советскую систему к кризису и распаду. Какова была природа Великой русской революции, привела ли она к формированию социалистического общества? Какие уроки следует извлечь из гибели советской системы, чтобы новое движение к социализму избежало допущенных ошибок? Эти вопросы также волнуют очень многих людей, и автор по мере сил постарался дать на них аргументированные ответы.

Андрей Иванович Колганов

Экономика