Читаем Малое прекрасно полностью

Центральное место в писаниях Лорбера занимает «Новое Евангелие от Иоанна» в десяти толстых томах. Я не буду даже пытаться описать или как-то охарактеризовать этот труд, написанный от первого лица: «Я, Иисус Христос, говорю». В нем можно найти много странных вещей, неприемлемых для современного мышления, но вместе с тем он наполнен столь высокой мудростью и прозрениями, что сложно было бы найти что-либо подобное во всей мировой литературе. В то же время книги Лорбера полны научных высказываний, прямо противоречащих науке его времени и предупреждающих большую часть современной физики и астрономии. Никто никогда не сомневался, что рукописи появились в 1840–1864 годах и были написаны исключительно Якобом Лорбером. Также нет логического объяснения их широте, глубине и точности. Лорбер и сам всегда уверял и в конце концов убедил своих друзей, что ничто из записанного им не являлось плодом его мысли и что он первый более всего поражался тому, что писал[187].

Пример Эдгара Кэйси, возможно, еще более поразителен. Он жил в Соединенных Штатах с 1877 по 1945 год и оставил более четырнадцати тысяч стенограмм высказываний, сделанных им в состоянии некоторого сна, когда он отвечал на конкретные вопросы более шести тысяч разных людей на протяжении сорока трех лет. Эти высказывания являют собой «одно из величайших и самых впечатляющих собраний записей о психическом восприятии, когда-либо составленных одним человеком. Записи, переписка и отчеты были упорядочены, по ним был составлен каталог с перекрестными ссылками под тысячами предметных заголовков. Сегодня все больше психологов, ученых, писателей и исследователей интересуются ими»[188].

Как и Якоб Лорбер, Эдгар Кэйси жил скромно, даже бедно, многие годы своей жизни, и уж конечно никогда не пользовался своей огромной славой. Его дар был сопряжен с напряженной работой, ложившейся на его плечи часто тяжким бременем; но даже имея вспыльчивый характер, он при этом всегда оставался скромным и простым. Тысячи людей обращались к нему за медицинской помощью. Входя в некий транс, он ставил в целом точный диагноз болезни совершенно незнакомым ему людям, жившим за сотни или даже тысячи миль. «Сдается мне, — говорил он, — что я один из немногих людей, кому удалось сбросить с себя индивидуальность настолько, что душа может настроиться на вселенский источник знания, но я вовсе не желаю хвастаться этим… Я уверен, что люди даже не знают, какими огромными способностями обладает каждый из нас. Чтобы проявить эти способности, достаточно забыть о своих личных интересах. Хотелось бы вам, пусть раз в году полностью сбросить с себя вашу индивидуальность?»[189]

И совсем недавний пример: Тереза Нойман, также известная как Тереза из Коннерсройта, жившая на юге Германии с 1898 по 1962 год. Многое можно рассказать о внутренних переживаниях Терезы и их необыкновенных внешних проявлениях, но, возможно, наибольшего внимания достойна такая ее черта: эта крепкая, жизнерадостная, необыкновенно здравомыслящая крестьянка на протяжении тридцати пяти лет ничего не ела и не пила, кроме ежедневной евхаристии. Это отнюдь не древняя легенда из далеких стран; все произошло на наших глазах, и множество людей были тому свидетелями. Феномен Терезы Нойман почти непрерывно изучали на протяжении всех этих тридцати пяти лет в Коннерсройте, в американской оккупационной зоне Западной Германии.

Якоб Лорбер, Эдгар Кэйси и Тереза Нойман были чрезвычайно набожными людьми и непрестанно утверждали, что все их знания и способности исходили от «Иисуса Христа» — с уровня неизмеримо выше нашего. На этом сверхчеловеческом уровне каждый из них нашел, по-своему, освобождение от ограничений, действующих на обычном человеческом уровне, — ограничений, накладываемых пространством и временем, потребностями тела и мраком неосознанного ума. Все три примера иллюстрируют парадоксальную истину: человек не может обрести «высшие способности» штурмом. Только когда стремление к «способностям» полностью исчезло, и на смену ему пришла тоска по чему-то высшему, часто называемая любовью к Богу, их, возможно, «даруют тебе» (а может, и нет).

Глава 8

Четыре сферы познания: 3

Сталкиваясь с феноменальными способностями Якоба Лорбера, Эдгара Кэйси, Терезы Нойман и множества других людей, современный мир забывает о своей непредвзятости, которой он так гордится, и делает вид, что их просто не существует, ибо он на дух не переносит все, что относится к Уровню Бытия более высокому, чем обыденная серая жизнь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

500 дней
500 дней

«Независимая газета», 13 февраля 1992 года:Если бы все произошло так, как оно не могло произойти по множеству объективных обстоятельств, рассуждать о которых сегодня уже не актуально, 13 февраля закончило бы отсчет [«500 дней»]. То незавидное состояние, в котором находится сегодня бывшая советская экономика, как бы ни ссылались на «объективные процессы», является заслугой многих ныне действующих политических лидеров, так или иначе принявших полтора года назад участие в похоронах «программы Явлинского».Полтора года назад Горбачев «заказал» финансовую стабилизацию. [«500 дней»], по сути, и была той же стандартной программой экономической стабилизация, плохо ли, хорошо ли приспособленной к нашим конкретным условиям. Ее отличие от нынешней хаотической российской стабилизации в том, что она в принципе была приемлема для конкретных условий того времени. То есть в распоряжении государства находились все механизмы макроэкополитического   регулированяя,   которыми сейчас, по его собственным неоднократным   заявлениям, не располагает нынешнее российское правительство. Вопрос в том, какую роль сыграли сами российские лидеры, чтобы эти рычаги - контроль над территорией, денежной массой, единой банковской системой и т.д.- оказались вырванными из рук любого конструктивного реформатора.Полтора года назад, проваливая программу, подготовленную с их санкции, Горбачев и Ельцин соревновались в том, на кого перекинуть ответственность за ее будущий провал. О том, что ни один из них не собирался ей следовать, свидетельствовали все их практические действия. Горбачев, в руках которого тогда находилась не только ядерная, но и экономическая «кнопка», и принял последнее решение. И, как обычно оказался  крайним, отдав себя на политическое съедение демократам.Ельцин, санкционируя популистскую экономическую политику, разваливавшую финансовую систему страны, объявил отсчет "дней" - появилась даже соответствующая заставка на ТВ. Отставка Явлинского, кроме всего прочего, была единственной возможностью прекратить этот балаган и  сохранить не только свой собственный авторитет, но и авторитет

Станислав Сергеевич Шаталин , Григорий Алексеевич Явлинский

Экономика
Очерки советской экономической политики в 1965–1989 годах. Том 1
Очерки советской экономической политики в 1965–1989 годах. Том 1

Советская экономическая политика 1960–1980-х годов — феномен, объяснить который чаще брались колумнисты и конспирологи, нежели историки. Недостаток трудов, в которых предпринимались попытки комплексного анализа, привел к тому, что большинство ключевых вопросов, связанных с этой эпохой, остаются без ответа. Какие цели и задачи ставила перед собой советская экономика того времени? Почему она нуждалась в тех или иных реформах? В каких условиях проходили реформы и какие акторы в них участвовали?Книга Николая Митрохина представляет собой анализ практики принятия экономических решений в СССР ключевыми политическими и государственными институтами. На материале интервью и мемуаров представителей высшей советской бюрократии, а также впервые используемых документов советского руководства исследователь стремится реконструировать механику управления советской экономикой в последние десятилетия ее существования. Особое внимание уделяется реформам, которые проводились в 1965–1969, 1979–1980 и 1982–1989 годах.Николай Митрохин — кандидат исторических наук, специалист по истории позднесоветского общества, в настоящее время работает в Бременском университете (Германия).

Николай Александрович Митрохин , Митрохин Николай

Экономика / Учебная и научная литература / Образование и наука
Путь к социализму: пройденный и непройденный. От Октябрьской революции к тупику «перестройки»
Путь к социализму: пройденный и непройденный. От Октябрьской революции к тупику «перестройки»

Каким образом складывалась социально-экономическая система советского типа? Какие противоречия ей пришлось преодолевать, с какими препятствиями столкнуться? От ответа на эти вопросы зависит и понимание того, как и благодаря чему были достигнуты наиболее впечатляющие успехи СССР: индустриализация страны, победа над нацистской агрессией, штурм космоса… Равным образом ответ на эти вопросы помогает понять, почему сложившаяся система оказалась обременена глубокими проблемами, нерешенность которых привела советскую систему к кризису и распаду. Какова была природа Великой русской революции, привела ли она к формированию социалистического общества? Какие уроки следует извлечь из гибели советской системы, чтобы новое движение к социализму избежало допущенных ошибок? Эти вопросы также волнуют очень многих людей, и автор по мере сил постарался дать на них аргументированные ответы.

Андрей Иванович Колганов

Экономика