Читаем Маленький Сайгон полностью

Его «Циклон» тихим ходом съехал с бульвара Бальбоа, затем миновал несколько коротких переулков. Фрай пересек узкий пролив, рассматривая каналы и дома, сгрудившиеся на дорогостоящем, заплеванном песком полуострове. Проезжая часть сузилась до одной полосы и перевела его еще через один мост, за которым он уткнулся в черные железные ворота с надписью на латунной табличке: «Остров Фрай». Он вылез и позвонил по внутренней связи. Через секунду ворота молчаливо распахнулись на обильно смазанных петлях.

Вот я и дома.

Широкая дорога, что вела к главному особняку, была обсажена жестким, пряным можжевельником. Эдисон предпочитал мужественную флору. Фрай описал поворот, и взгляду открылся большой дом, выстроенный еще до Гражданской войны, стелющийся газон, узкая планка бассейна, вертолетная площадка и сам геликоптер в дальнем углу, дом прислуги и коттедж отца. Два новеньких «Мерса» и красный джип сияли перед белой колоннадой главного дома. И фургон Беннета тоже стоял тут, а две другие машины Фрай не узнал. За апельсиновыми деревьями, раскиданными по всему острову, сверкал океан, лежавший на белом песке. Моторные яхты тяжело урчали на пристани — и среди них «Абсолют» Эдисона был похож на небоскреб, опрокинутый набок.

Хайла встречала его в дверях. Она обняла его, и он осторожно прижался к ней, ощущая костлявость ее пожилого тела, нюхая ее волосы, думая, что она, кажется, стала чуть ниже ростом с тех пор, как он видел ее последний раз. Мама. Прямые плечи. Сильное лицо. Глаза синие и чистые, точно минеральная вода. Волосы у нее теперь были подстрижены коротко, по последней моде. Она отступила назад и посмотрела на сына.

— Мне только и осталось, что благодарить Господа за то, что вы оба остались живы, — сказала она. — А тебе могу сказать одно — с Ли все будет в порядке. Мы ее отыщем и вернем. Я это знаю.

Фрай кивнул. Потом Хайла всплакнула, но ее лицо не потеряло своего спокойствия, только крупные слезы катились по щекам.

— Я не перестаю думать о ней и о том, что я могла бы сделать…

Фрай обнял мать и попросил не терзать себя, начал что-то плести о вере, о здравомыслии и многом другом, что, к сожалению, оказалось грубо попрано действительностью. Фрай второй раз в жизни видел мать в слезах. Первый раз она плакала, когда узнала о Бенни.

Хайла сделала глубокий, трепетный вздох и опять отступила назад.

— Они в коттедже. Ждут тебя к завтраку. И с днем рождения тебя, Чак. Мы устроим праздничный ужин в четверг, хорошо?

Он прошел по газону к коттеджу отца — приземистой, одноэтажной постройке на северной оконечности островка. Рядом находился собачий питомник, населенный спаниелями, которые запрыгали и залаяли, когда Фрай провел рукой по металлической сетке. Стало бесполезно пробовать клички: теперь здесь, должно быть, дюжина собак. А может, больше.

Коттедж, как обычно, оказался заперт. Фрай постучал, и через секунду Эдисон распахнул дверь: седые волосы были зализаны назад на его большой благородной голове, рукава рубашки закатаны, взгляд суров, лицо тяжелое, морщинистое.

— Ну-ка, — сказал он, — взгляни, что намыл прилив.

За столом сидел Беннет. Доннел Кроули прислонился к стене, скрестив руки. Человек, в котором Фрай узнал Пата Эрбакла, начальника службы безопасности Фрая, стоял рядом с камином и курил сигарету. Рядом стояли два охранника, готовые, в случае чего, действовать. Грузный мужик в светлом костюме сидел на диване с телефонной трубкой в ухе, весь внимание.

— Ты спрятал коробку, которую я тебе дал? — спросил Беннет.

— Спрятал.

Эдисон представил Чака мистеру Эрбаклу, забыв, что уже делал это прежде.

Человек с телефоном встал и передал трубку Эдисону, расстроенно поведя плечами. Эдисон короткое время слушал, затем пролаял в микрофон:

— Мне наплевать, что какой-то тупоголовый сенатский комитет считает, что это будет сделано сегодня утром! Вытащите мне Лансдейла с этого собрания и сделайте это сейчас.

Его кустистые брови подскочили и опустились.

— Конечно, я могу подождать, но так чертовски долго, нет уж! — Он со стуком положил трубку на аппарат и утер лоб. — Политиканы! Ладно, Беннет, мы попросим Нгуена и его вьетнамцев выйти в народ и откопать свидетеля, который не страдает тризмом челюсти. Мы заставим Мина и всю вестминстерскую полицию искать этого Эдди Во. У меня есть Лансдейл, чтобы запалить костер под ФБР. А что это ты за каракули выводишь?

Беннет посмотрел на Эдисона, затем опять на блокнот, что лежал перед ним. Фрай оглянулся через плечо. Примитивный план Сайгон-Плазы, автостоянка и магазины. Место, где они нашли синюю «Селику», отмечено крестиком, заключенным в квадрат.

— На площади ее кто-то наверняка видел.

— Может быть, они расскажут Нгуену?

Эрбакл выступил вперед и швырнув окурок в камин.

— Надо на них надавить.

— У Пата это хорошо получается, — заметил Эдисон.

Люди Эрбакла угрюмо кивнули.

Беннет откинулся назад на стуле.