Читаем Любимцы Богини полностью

До стройплощадки было минут десять ходьбы, да и то, потому, что шли в неудобных бахилах. Заросшая высокой густой травой площадка вокруг остова здания мешала поискам: «Даже если здесь что-то и есть, разве увидишь?».

Стараясь не угодить, в полуобвалившиеся траншеи для коммуникаций, Бобылев обошел с моряками площадку по периметру. За сопкой солнца уже не было видно. Быстро наползали сумерки. Надо было спешить. Моряки торопили:

– Пора возвращаться назад!

Василий, забрав мешок, отпустил их, решив осмотреть этажерку самостоятельно: «Все равно здесь ничего нет! Ложная тревога!». По сохранившимся бетонным пролетам ему удалось подняться на все четыре этажа перекрытий и осмотреть их. На самом верхнем пришлось задержаться. На одной из плит перекрытия лежали какие-то искореженные обломки. Василий долго присматривался: «Что-то похожее на часть гильзы стержня автоматического регулирования мощности реактора. А может, и нет. Гильза сделана из нержавеющей стали. А эта вся черная. Но не ржавая!».

Он подобрал оказавшийся кстати камешек и провел им по поверхности металла. Царапина заблестела: «Так и есть! Нержавейка! В мешок влезет, донесу. Только как ее положить в мешок? Она ведь, гадина, активная! Все время находилась в центре реактора. На несколько тысяч рентген потянет!».

Палку, для того, чтобы запихнуть гильзу в мешок ему удалось найти только внизу. Подталкивая палкой, он закатил обломок металла в горловину, расстеленного на плите мешка. Можно уходить. Тем более, через несколько минут ничего не будет видно. Внизу уже стоял мрак. Только верхушка здания еще освещалась отблесками меркнущей зари. Но он не уходил, сам не зная почему. Какая-то неведомая сила заставляла его шаг за шагом продолжать обследование бетонных плит. Что-то сверкнуло под ногами. Василий нагнулся. Ничего не видно. Он осторожно провел рукой по шершавой поверхности бетона. Подушечки пальцев руки ощутили что-то маленькое, холодное. Осторожно взяв предмет двумя пальцами, Василий поднес его поближе к лицу. Сначала он не понял что это. А когда понял, чуть было не выронил. В его руке была белая от известковой пыли, высохшая, с длинным скрюченным ногтем, фаланга человеческого пальца с невесть как удержавшимся на ней закопченным кольцом с прозрачным камушком.

«Интересно, кто он?» – Бобылев осторожно освободил кольцо от остатков пальца. Палец он сначала хотел положить в мешок, но, подумав, что человеческим останкам негоже лежать рядом с какими-то железяками, решил положить в карман куртки: «А там, дезактиваторщики найдут ему место!». Василий потер кольцо о рукав куртки. Оно заблестело: «Что-то выгравировано на внутренней поверхности! Может, как у Лены, на кольцах имена жениха и невесты? Жаль, что ничего не видно».

Проснувшееся любопытство заставило Бобылева решиться на время оставить кольцо у себя: «Приду на ПКЗ и при свете посмотрю гравировку. А завтра сдам дезактиваторщикам».

Всю дорогу до контрольно-пропускного пункта, его не покидало чувство тревоги. Василию казалось, что кто-то на него смотрит с высоты. Он успокаивал себя: «Это от наступившей темноты». Но и на освещенной фонарями дороге наваждение преследовало его.

«Наверное, вправду говорят, что душа умершего девять дней скитается возле места своей смерти и все видит. Может, этот жмурик наблюдает за мной. Не хочет, чтобы я забрал кольцо. А я и не забираю. Завтра отнесу туда, куда следует. Если не нравится, могу выбросить в кусты прямо сейчас!» – почти всерьез разозлился Василий. Странно, но после того, как он об этом подумал, давящее на него неприятное ощущение мгновенно прошло.

У одного из дезактиваторщиков Василий спросил о том, что будет с найденным им пальцем.

– Фон то какой! Кремируют и захоронят вместе с оборудованием! – не удивившись находке, спокойно ответил он. В каюте на плавказарме, Василий первым делом поднес к свету принесенное колечко. На свету камушек на колечке вспыхнул ослепительной белой точкой. Бобылев прочитал слово: «Елена!». Нет, он не ошибся! На внутренней поверхности кольца было выгравировано именно это имя. И кольцо такое же, как у Лены. Василий сел на кровать: «Лена говорила ему, что Михаил должен был быть в субботу на перегрузке реактора. Никаких сомнений, это кольцо ее мужа! Значит он погиб! Неужели судьба, таким жестоким образом сообщает ему, о том, что его больше нет? Это не совпадение! Именно его зачем-то привести к кольцу. Как это странно не звучит, но это знак судьбы! Кольцо – повод для встречи с Леной!»

Продумав весь вечер, Василий твердо решил, что поедет к ней: «Завтра переход в Петровск, а там дезактивация. На рейде могут продержать несколько дней! Лена к тому времени может уехать! Надо просить Сысуева, чтобы он отпустил его. Конечно, дело проблематичное. Его «тетю» механик прекрасно видел! Ладно! Будь, что будет! Колечко придется взять с собой. Без него она не поверит ни одному его слову и подумает, что для встречи с ней, он просто решил воспользоваться смертью Михаила! А как отсюда выбираться? Выпустят ли его?».