Читаем Любимцы Богини полностью

Только где в ремонте найти эту оранжевую коробочку? Из-за наркотика, содержащегося в обезболивающем средстве, аптечки хранятся в сейфе у начальника медицинской службы корабля. А при нахождении в ремонте их вообще сдают на склад. Поэтому Василий решил выходить наверх только в случае острой необходимости.

В пять часов прибыла новая вахта. Ее привел дежурный по команде Коля Проданов. От него удалось узнать новые подробности о причинах взрыва. Ко вчерашнему утру на лодке были завершены все работы по замене ядерного топлива. Осталось только установить на место многотонную крышку реактора. При проверке на герметичность обнаружили неплотность крышки. Что-то попало под нее. Возможно обломок электрода или еще чего-нибудь. Нужно было опять устанавливать штатные домкраты и медленно, миллиметр за миллиметром, поднимать крышку реактора. С флота торопили. И тогда, кто-то предложил поднять крышку реактора краном. Предложение было принято. Во время подъема крышки, произошел перекос. Вместе с крышкой пошла вверх компенсирующая решетка, высвобождая, экранированный ею нейтронный поток. Миллионных долей секунды хватило для того, чтобы в реакторе началась неуправляемая цепная реакция. Начался быстрый подъем температуры и давления. Произошел взрыв! Крышку, конструкции сборки реактора, ядерное топливо разбросало на расстоянии до километра.

«Хорошо, что топливо было не отработанное, – слушая рассказ Николая, думал Василий, – в противном случае, радиоактивное загрязнение местности могло быть гораздо более серьезным». Вспомнил про таблетки из индивидуальной аптечки:

– Коля, а тем, кто тушил пожар, членам аварийных партий, давали какие-нибудь радиозащитные средства?

– Смеешься! Выкатили флягу шила и всем наливали по сто грамм!

Василий знал, что спирт, предотвращает распад воды, основного материала из которого состоит человек, под действием радиоактивного излучения на водород и кислород, но все же переспросил:

– Серьезно, что ли!

– Да уж куда серьезней! Некоторые умудрились по несколько раз пригубить!

– Помогало?

– Не знаю. Но облученных много было. Их только успевали отвозить в госпиталь. У некоторых, говорят, от излучения, даже под одеждой ядерный загар. Пожар тушили почти два часа.

– А с лодкой что?

– Ничего. Разворотило реакторный отсек. Пожар потушили полностью залив его забортной водой. А чтобы лодка не затонула, затащили ее на мель.

– Там, говорят, повсюду валялись окровавленные останки этих ребят. Что с ними? Кого-нибудь опознали?

– Нет. Сплошное кровавое месиво. Собрали в резиновые мешки и увезли отмывать в госпиталь.

– От крови?

– От радиации. У них фон, как от сборки реактора.

– Не знаешь, кто погиб?

– Фамилии не говорят, но я знаю, точно, что там были инженеры-физики с перегрузки, представитель соединения и несколько человек с лодки.

– Да! Не повезло ребятам! – посочувствовал Бобылев.

– Конечно. Но им все равно, а вот живым еще придется помучиться, – подвел итог разговора Проданов.

Ночные тревоги Бобылев играть не стал. Какой смысл разносить радиоактивную грязь. Но в журнал на всякий случай записал. Мало ли что! От установки не выходить наверх, он тоже отказался. Надоедает сидеть все время в прочном корпусе! Черт с ней, с этой радиоактивностью!

Трое суток тянулись долго и нудно. Территория завода была пустынна, никаких работ не проводилось. Очевидно, руководством собирались силы, и решался вопрос о дальнейших действиях. Василий, от скуки исходил весь пирс, насквозь прокурился. Хорошо, что у него был запас, целый блок «Родопи». У морячков в этом отношении дела были похуже и они «расстреляли» дежурного просьбами угостить сигаретками. Василий не жадничал: «Откуда они их возьмут!». Утром третьего дня приехала смена. Василий узнал последние новости. Принято решение о временном перебазировании подводной лодки в Петровск. На входе в базу будет проведена дезактивация корабля. После нормализации радиационного фона в заводе, подводная лодка вернется для продолжения ремонта. Потихоньку начали переносить с плавказармы необходимые вещи, которые могут понадобиться в базе.

Петров сменил его. Бобылев не знал что делать. Покинув надоевший за трое суток дежурства прочный корпус пошел отсыпаться на ПКЗ. Не спалось. Вдобавок, вечером, его вызвал старпом. Он не стал ничего объяснять, сказал, что людей нет, и поэтому лейтенант Бобылев, вместе с тремя моряками, поступает в распоряжение дежурного по дивизиону, а зачем, ему неизвестно. Дежурный по дивизиону, старший помощник с лодки, стоящей в доке, обрисовал задачу. Из заводоуправления сообщили, что в районе, заброшенной стройки, якобы, обнаружены элементы конструкции взорванного реактора. Бобылеву с моряками, предлагалось обследовать этажерку недостроенного здания цеха.

– Если все-таки что-нибудь найдете, бросите в этот мешок. Мешок сдадите на КПП дезактиваторщикам. Но я думаю, что там ничего нет. Тревога на всякий случай! – вручив Василию пластиковый мешок, закончил инструктаж дежурный.