Читаем Лирика полностью

Свист и свисток

После бесконечных споров

У нас бывают чтения, жаркие споры,И наши глаза горят не меньше,Чем у юношей России полвека назад!Мы бесконечно спорим: «Что делать?»Но никто из нас не ударит вдругКулаком о стол и не крикнет: «В народ!»Все мы знаем, чего мы хотим,Все мы знаем, чего хочет народ,Все мы ясно знаем, что делать, –О, много больше, чем знали они!Но никто из нас не ударит вдругКулаком о стол и не крикнет: «В народ!»Здесь собрались только очень юные,Строить новое начинает всегда молодежь.Старое скоро умрет, победа за нами!Спор кипит, сверкают глаза.Но никто из нас не ударит вдругКулаком о стол и не крикнет: «В народ!»Трижды уже меняли мы свечи,В недопитом чае плавают мошки,Но девушки говорят с прежним жаром,Лишь в глазах после долгого спораусталость.Но никто из нас не ударит вдругКулаком о стол и не крикнет: «В народ!»

Надгробная надпись

Я уважал его всегда,Н я люблю его сейчас еще сильней,Хотя уже два месяца прошлоС тех пор, как похоронен онВ густой тени каштанаНа кладбище далекого предместья.Да, в самом делеУже два долгих месяца прошлоС тех пор, как на собраниях кружкаЕго не видно на привычном месте.Он был не мастер на слова,Не принимал участья в наших спорах,Но как его теперь нам не хватает!Однажды он сказал смущенно:«Товарищи, меня не осуждайтеЗа то, что я на диспутах молчу!Я, право, спорить не умею,Но я готов всегдаВстать на борьбу с врагом!»Один товарищ про него сказал:«В глазах его укорТрусливым краснобаям!»Я часто разделял с ним это чувство.Но справедливого укораНикто в его глазах уж больше не прочтет!Он был рабочий,Простой рабочий заводской.Работал с увлеченьем, с огоньком,А выпадет свободная минутка,Любил потолковать с друзьями по душамИ был охотник книжку почитать.Он не курил, не пил вина.В нем, непреклонном, и прямом,И мыслящем глубоко человеке,Казалось, затаился духТого Бакунина в горах Юра далеких.В испепеляющем жару болезниОн ясность мысли сохранил,Не бредил он до самого конца.«Сегодня Первомай,Наш день, наш праздник!» –Вот те последние слова,Которые я слышал от него.Я утром навестил больного,А к вечеру уснул он вечным сном.Его широкий лоб,Его могучие, как молот, руки,Его прямой, бесстрашный взгляд,Ни жизни не боявшийся, ни смерти,Поныне предо мной, едва глаза закрою.Он, как безбожник,Сторонник материализма,Был похоронен просто под каштаном,И мы, товарищи его,Решили на могиле начертатьТакую надпись:«Я готов всегдаВстать на борьбу с врагом!»

В старом чемодане

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Река Ванчуань
Река Ванчуань

Настоящее издание наиболее полно представляет творчество великого китайского поэта и художника Ван Вэя (701–761 гг). В издание вошли практически все существующие на сегодняшний день переводы его произведений, выполненные такими мастерами как акад. В. М. Алексеев, Ю. К. Щуцкий, акад. Н. И. Конрад, В. Н. Маркова, А. И. Гитович, А. А. Штейнберг, В. Т. Сухоруков, Л. Н. Меньшиков, Б. Б. Вахтин, В. В. Мазепус, А. Г. Сторожук, А. В. Матвеев.В приложениях представлены: циклы Ван Вэя и Пэй Ди «Река Ванчуань» в антологии переводов; приписываемый Ван Вэю катехизис живописи в переводе акад. В. М. Алексеева; творчество поэтов из круга Ван Вэя в антологии переводов; исследование и переводы буддийских текстов Ван Вэя, выполненные Г. Б. Дагдановым.Целый ряд переводов публикуются впервые.Издание рассчитано на самый широкий круг читателей.

Ван Вэй , Ван Вэй

Поэзия / Стихи и поэзия
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы