Читаем Крёстный сын полностью

-- Я тоже рада возвращению твоего привычного облика, -- она чуть привстала и поцеловала мужа в губы.



-- Скоро все будет позади, милая, -- он обнял ее. -- Осталось потерпеть самую малость.



Данкан наблюдал за парочкой из-за чуть приоткрытых двустворчатых дверей. Мучимый болезненным любопытством, он не спешил входить. Правитель писал о крестнике много хорошего, но Данкан не мог преодолеть давно укоренившейся нелюбви к Филипу. Вот и теперь он решил понаблюдать за бывшим подопечным, дабы уличить его в каком-нибудь грехе, а потом сообщить об этом главе государства. "Дядя" будто вернулся в те времена, когда Филип был мальчишкой, и его воспитатель нашептывал всякие гадости о нем герцогу Олкрофту. Глядя на то, с какой нежностью льнут друг к другу Филип и его жена, он вспомнил своего господина и его бесчисленные попытки получить малую толику чего-то подобного от матери Филипа. "Хоть в чем-то он пошел в отца", -- с удивлением подумал Данкан. -- "Но ему повезло найти такую, которая отвечает взаимностью." "Дядя" уже хотел войти в зал, когда девушка, заметившая висящие на стене портреты, спросила:



-- Фил, кто здесь изображен?



Он проследил за ее взглядом.



-- Мои родители.



Данкан замер, желая услышать, будет ли продолжение. Ив подошла поближе к картинам и стала внимательно их рассматривать. Филип с неохотой встал рядом с ней.



-- Художник все очень верно передал, -- проворчал он.



Его жена не ответила, не отрывая взгляда от полотен. Она ожидала, что сразу проникнется неприязнью, увидев изображение герцога Олкрофта, но отец Филипа ей понравился. Внешнее сходство с сыном почти отсутствовало, и нечто общее неуловимо проступало лишь в фигуре и осанке, в выражении лица и глаз. Ив тут же вспомнила слова Правителя о сходстве их характеров. Мужчина на портрете был гораздо старше ее мужа, но главная разница заключалась в том, что он казался потухшим, а в его сыне жизнь бурлила и сверкала, как горная речка под солнцем.



Изображенная на холсте герцогиня Олкрофт поражала своей холодной красотой. Филип действительно заметно походил на нее, даже теплый рыжеватый оттенок русых волос у него был тот же, что у матери. Но лицо женщины на портрете удивило Ив выражением какого-то идеального равнодушия. "Если она так смотрела на мужа, а он был влюблен в нее, то не удивительно, что все сложилось таким образом", -- подумала девушка. -- "Интересно, какое у нее было лицо, когда она смотрела на сына?"



-- Со мной мама выглядела живой, -- проговорил Филип, будто услышав мысли Ив. -- А вот с отцом я ее другой не помню. Всегда застывший холодный парадный портрет... Одно время я очень боялся увидеть у тебя такой взгляд... -- с неохотой признался он.



Ив с удивлением воззрилась на мужа.



-- Ты действительно похож на своего отца, -- вырвалось у нее.



-- Вот спасибо! -- он выглядел так, будто она дала ему пощечину. -- Этого откровения мне точно сильно не хватало, да еще из твоих уст, здесь и сейчас...



Данкан за дверьми оправился от удивления, услышав знакомый резкий тон. "Мальчишка, похоже, и впрямь по характеру весь в отца, понятно, почему его крестный так с ним носится". Он прильнул к щели между дверными створками, дабы насладиться зрелищем испуга и смущения бойкой девицы, которая не понравилась ему с самого начала.



Но Ив не оправдала его надежд. Познакомившись столь странным образом с родителями Филипа, она окончательно поняла, почему сын герцога Олкрофта стал именно таким. Сейчас, глядя в его рассерженное лицо, девушка почувствовала, как внутри поднялась сильная теплая волна, плеснула и отдалась во всех уголках ее тела. Этот толчок будто подбросил Ив, она сделала шаг и повисла на шее у своего мужа, целуя его в губы. Он прижал ее к себе и ответил на поцелуй.



-- Если б не призналась тебе в любви раньше, непременно сказала бы сейчас, -- через несколько минут прошептала Ив. -- Прости, что так долго тянула.



Подглядывающий Данкан решил обнаружить свое присутствие, пока эти двое не перешли к более конкретным вещам. Он широко распахнул двери и вошел в зал. Вопреки его ожиданиям, молодые люди не смутились и не отстранились друг от друга.



-- Моя леди, прошу прощения за опоздание, -- поклонился Данкан, Ив кивнула. -- Ваши друзья к нам не присоединятся?



-- Нет.



-- Тогда прошу за стол, сейчас все принесут, -- он дернул шнур звонка, идущий в кухню.



Филип уселся за стол спиной к портретам, Ив устроилась рядом с ним, "дядя" расположился напротив. В зал вошли две молоденькие служанки с подносами. Ни одна не упустила шанса покрутиться в непосредственной близости от Филипа, но он на них не смотрел. Вскоре стол был накрыт, блюда расставлены, Данкан знАком отослал девушек и предложил приступить к трапезе. Проголодавшиеся молодые люди не заставили просить себя дважды. Когда они насытились, Данкан решил начать беседу.



-- Ваше высочество, могу я поинтересоваться, что привело вас сюда?



-- Мы возвращаемся с Гейхарта в столицу, -- ответила Ив.



-- Проводили на острове медовый месяц, -- вставил Филип.



-- Мы выполняли поручение Правителя, -- сказала девушка, взглянув на мужа со смесью улыбки и неодобрения.



Перейти на страницу:

Похожие книги

Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения