Читаем Крёстный сын полностью

-- Послезавтра. Но не рекомендую разгуливать по дворцу открыто и после его отъезда. Я со всей строгостью разберусь с недоумками, рискнувшими поглазеть на то, что он с тобой сделал, -- Правитель взглянул на крестника. -- Но слухи уже разлетелись, а я не желаю, чтобы Евангелина перерезала и перекалечила половину придворных.

Девушка мрачно усмехнулась.

Ночью Филип почти не спал из-за боли в спине и невозможности найти удобное положение. Ив, как могла, пыталась ему помочь и в результате тоже не выспалась. Завтракали оба в весьма раздраженном настроении, поэтому постарались закончить побыстрее и отправились по потайным проходам к Тренировочному залу. Пришли как раз вовремя, когда все церемонии и представления закончились, и приступили к поединкам. Первым с королем Кэмдена сражался Правитель. Молодые люди с неудовольствием наблюдали непродолжительный бой, закончившийся победой Армана.

-- Старик поддавался, -- сказал Филип, -- со мной он бился лучше.

-- Похоже, но все равно этот мужелюб -- сильный противник.

-- Согласен. Но непобедимым я бы его не назвал.

-- Старик расскажет о своих впечатлениях.

-- Да, но нужно посмотреть дальше. Хочу изучить его приемы.

-- Изучай, потом мне расскажешь.

-- Нет, Ив, лучше останься и посмотри сама.

Девушка вздохнула и снова прильнула к глазку. Арман Шестой замечательно владел мечом, это следовало признать, но его стиль в корне отличался от манеры Филипа. Если крестник Правителя сражался главным образом для собственного удовольствия, легко, играючи, в большей степени стремясь подразнить противника и отбить его удары, то король Кэмдена разил, обрушиваясь всей тяжестью, желая максимально быстро задавить сопротивление, а в идеале убить. Его явно раздражали противники-гвардейцы, которые, во многом переняв стиль Филипа, словно бы издевались над ним, ускользая от его сокрушительной мощи и постепенно изматывая. Молодой человек видел: каждому из его друзей очень хотелось одержать победу, но только один гвардеец смог свести поединок вничью, остальные остались в проигравших.

-- Странно, почему Шон с Кайлом не участвовали в этой забаве? -- задумчиво сказал Филип. -- Шон, возможно, смог бы его одолеть, а за Кайлом, уверен, осталась бы ничья.

-- Наверное, поэтому старик и не велел им приходить, -- пожала плечами Ив. -- Какая разница, Фил, пусть лучше этот урод думает, что в Алтоне никто не умеет меч в руках держать.

Когда желающих сразиться с королем больше не осталось, тот подошел к Правителю.

-- Я слышал, ваш зять неплохо владеет мечом?

-- Да, ваше величество, это так, но, увы, сейчас он не в состоянии сражаться.

-- Вот как? Я думал, на таких молодцах все заживает, как на собаке.

-- Мне ни разу не встречался человек, на котором все заживало бы как на животном, -- пожал плечами Правитель.

-- Я надеюсь, вы не в претензии? -- насторожился король.

-- Ну что вы, ваше величество! -- лицо Правителя осветила лучезарная улыбка. -- Вы мой гость, и я умею чтить законы гостеприимства.

Король в знак признательности слегка поклонился.

-- Передайте мои извинения вашей очаровательной дочери. Я на время лишил ее такого развлечения... Кстати, где она? Я бы очень хотел с ней попрощаться.

-- Я обязательно передам ей все, ваше величество, когда она вернется в столицу. К сожалению, Евангелина вчера вынуждена была уехать по делам в свой феод. Долг господина подчас тяжелее вассального, -- по-прежнему улыбаясь, ответил Правитель.

-- Ловко старик нас отмазал! -- восхитился Филип.

-- В этих делах он мастер, -- пробурчала Ив. -- Лучше бы отмазал до этого дурацкого приема.

Молодые люди вернулись в башню, вскоре к ним зашел Правитель.

-- Ну, как, посмотрели? -- без предисловий начал он.

-- Спасибо, крестный, я сегодня чувствую себя гораздо лучше, несмотря на бессонную ночь, -- сказал Филип, разливая остатки вина из бутылки в два кубка. Его жена хихикнула.

-- Теперь вдвоем пьете?

-- Присоединяйтесь, -- предложил молодой человек, открывая другую бутылку и доставая третий кубок.

Ив, заметив усиливающуюся мрачность отца, перестала посмеиваться.

-- Мы наблюдали от начала до конца и сделали выводы.

-- Вы поддавались, крестный? -- спросил Филип.

Правитель испытующе посмотрел на него.

-- Да. Это было так заметно?

-- Нет. Если б я не сомневался, то и не спрашивал бы.

-- Хорошо. Тебе действительно лучше?

-- Какое там!

-- Вы же видите, отец, мы лечимся, -- Ив сделала очередной глоток.

-- Ты-то от чего лечишься?

-- Я, пожалуй, не лечусь, а праздную. Вы, наконец, по-настоящему признали меня своей дочерью, -- девушка рассмеялась. -- Или это был тонкий ход, чтобы я сама захотела сделать то, что вам нужно?

-- Придется мне опять изъять отсюда выпивку, -- проворчал Правитель. -- Вам для полного счастья не хватает похмельем мучиться?

-- У меня есть от него прекрасное снадобье, -- продолжала веселиться Евангелина.

-- Крестный, так нельзя: ни мака, ни вина, -- возмутился Филип. -- Вы еще жену мою отсюда отправьте!

Правитель некоторое время переводил взгляд с крестника на дочь и обратно, потом сказал: