Читаем Король Иоанн полностью

Клянусь душою, он и думал так! Но почему вы годовой поникли, И скорбь у вас во взоре? Быть вам надо В делах своих, как в замыслах, великим. Пускай в очах властителей земных Не видит мир ни страха, ни сомнений! Так будьте же стремительным, как время, Огонь с огнем, угроза на угрозу, Глядите смело в страшный лик беды, Чтоб низкие, готовые всегда Великим подражать, на вас взирая И тоже возвеличившись душой, Решимостью прониклись боевой. Вперед! Вы будете как бог войны, Блистающий в лучах на поле бранном: Пусть в вас горят уверенность и храбрость. Хотят враги, напав на льва в берлоге, Чтоб устрашился он, затрепетал? О, да не будет так! С бедою злой Схватитесь в поле, дальше от ворот, Пока она не подошла вплотную.

Король Иоанн

Я принимал здесь папского легата; Счастливый мир мы заключили с ним: Он обещал мне, что ушлет обратно Войска дофина.

Бастард

О, бесславный сговор! Ужели мы, тут, на своей земле, Должны идти на сделки, на уступки, На подлый торг и на постыдный мир С врагом-захватчиком? Юнец безусый, Бездельник, неженка в шелках, дерзнет На родине героев подвизаться, Насмешливо развеет в нашем небе Свои знамена, не найдя отпора? Нет, государь, к оружью! Может быть, И кардинал не выговорит мира; А если да, пускай никто не скажет, Что мы обороняться не смогли.

Король Иоанн

Сейчас - тебе распоряжаться всем.

Бастард

Смелей вперед! Мы защитим свой дом, Вступая в бой и не с таким врагом!


Уходят.


СЦЕНА 2

Лагерь дофина близ Сент-Эдмондсбери.

Входят вооруженные Людовик, Солсбери, Мелен, Пембрук, Бигот и войска.

Людовик

Пусть это перепишут и для нас Оставят список, граф Мелен, а лордам Вы подлинник вернете, чтоб они, А также мы всегда могли прочесть, О чем договорились, в чем клялись У алтаря, и чтобы нерушимой И твердой клятва верная была.

Солсбери

Перейти на страницу:

Похожие книги

Няка
Няка

Нерадивая журналистка Зина Рыкова зарабатывает на жизнь «информационным» бизнесом – шантажом, продажей компромата и сводничеством. Пытаясь избавиться от нагулянного жирка, она покупает абонемент в фешенебельный спортклуб. Там у нее на глазах умирает наследница миллионного состояния Ульяна Кибильдит. Причина смерти более чем подозрительна: Ульяна, ярая противница фармы, принимала несертифицированную микстуру для похудения! Кто и под каким предлогом заставил девушку пить эту отраву? Персональный тренер? Брошенный муж? Высокопоставленный поклонник? А, может, один из членов клуба – загадочный молчун в черном?Чтобы докопаться до истины, Зине придется пройти «инновационную» программу похудения, помочь забеременеть экс-жене своего бывшего мужа, заработать шантажом кругленькую сумму, дважды выскочить замуж и чудом избежать смерти.

Таня Танк , Лена Кленова

Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Иронические детективы / Пьесы
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия