Читаем Корабль палачей полностью

Острова Картере можно найти только на английских морских картах, да и то далеко не на всех. Они относятся к архипелагу Соломоновых островов и были открыты английским мореплавателем Джоном Картере в 1797 году, с полным правом присвоившим этой группе островов свое имя.

Это несколько небольших островков, среди них есть два или три атолла; они вытянулись цепочкой вдоль десятой параллели к югу от экватора. К ним приближаются только суда, направляющиеся к островам Эллис.

Хорошо знакомые с южными морями знают, что делать на островах Картере особенно нечего, но их уютные бухты дают надежное пристанище мелким пиратам, укрывающимся от британских патрульных судов.

Эти острова хорошо известны китайцам, охотникам за животными, которыми они снабжают азиатские зоопарки. Здесь есть шансы добыть некоторых редчайших животных, например, ghost-gull, или чайку-призрак, птицу кошмарного облика, издающую жуткие крики, а также гигантских жаб и мерзкое животное, которое, справедливо или нет, называют сухопутным осьминогом.

На борту небольшого брига, называвшегося «Сайлент», что хорошо подходило этому корыту, находились два пассажира: Конг, карлик-китаец, и макассар[48] Ати, черный гигант. Им принадлежала металлическая клетка, которую вряд ли можно было повредить зарядом динамита.

«Сайлент» должен был высадить их на пустынный остров Пюхоо-Са, с которого английские власти вывезли всех жителей, запретив поселяться на нем.

Трудно сказать, что означает название Пюхоо-Са; оно имеет какое-то отношение к адской сущности, страху, смерти.

Английские патрульные суда «Фульгур» и «Ред Флам», а также французский сторожевик «Ля Флеш» давно дружно гонялись за «Сайлентом», но хитрый бриг каждый раз искусно скрывался от них, словно блоха ночью. Его небольшая команда состояла из капитана Стивенса, фламандца-рулевого Леемана и шести туземцев с островов Суворова, больших лодырей, но прекрасных моряков, отважных и свирепых, как лев и тигр одновременно.

Тем не менее, когда китаец и негр признались, что они собираются делать на острове, капитан и рулевой от неожиданности, если не от испуга, едва не проглотили жевательный табак, находившийся у них во рту.

— Сухопутный осьминог, клянусь Вельзевулом, это же нечто ужасное… Что вы собираетесь делать с этим кошмаром? Вы превратитесь в фарш, не успев показать на него пальцем…

Конг ответил:

— Это животное, с которым связаны некоторые тайны природы. Могущественный мандарин, пославший меня, чтобы я добыл это животное, хочет изучить его. Он рассчитывает, что полученные им знания сделают его еще более великим.

Лееман, которому не повезло окончить университет и стать доктором неизвестно каких наук, сказал:

— Я никогда не видел этого зверя, слава богу, но мне говорили, что это не совсем животное, и у меня нет оснований не верить этим рассказам. На островах Картере, где смешалось райское и адское, можно ожидать чего угодно.

— Именно на это я и рассчитываю, добравшись до этих островов, — холодно сказал китаец.

На этом их беседа закончилась.

* * *

Остров Пюхоо-Са появился на горизонте через три дня.

Остров оказался сильно вытянутым, заросшим густым лесом. Судя по дымившему неподалеку конусу, он был вулканического происхождения. Якорь зацепился за дно на глубине шестидесяти саженей, что обрадовало моряков.

Стивенс внимательно изучил берег с помощью бинокля, но не увидел ничего, кроме желтого песка на пляже, а участками — заросли мангров.

— Я никого не могу дать вам из моей команды, Конг, — заявил он. — Предложите им взять сторожевик на абордаж или броситься с ножом на акулу — они не откажутся, но это…

— Мне они не нужны, — ответил китаец. — У меня есть Ати. А вас я только попрошу доставить на берег клетку.

Капитан выполнил просьбу Конга.

Конг и Ати высадились, как показалось морякам, без оружия. Только Ати тащил устройство, похожее на странный захват, состоявшее из крючков, узлов и гибкого троса. Они обогнули мангры и исчезли в лесу.

Солнце поднималось над горизонтом.

* * *

Темнело. На остров опускались золотистые и фиолетовые сумерки. На палубу, раздавив шлюпку, рухнула искореженная груда металла.

— Господи! — закричал Лееман. — Это же клетка!

Какой-то странный сверток был привязан лианами к металлическому стержню.

Рулевой развязал его: в свертке находились голубая рубашка Конга и саронг Ати, выпачканные в еще не засохшей крови.

В этот момент канаки подняли крик и в ужасе забились в рубку.

На пляже появилось жуткое существо.

Это был осьминог, стоявший на прямых щупальцах, и голова его, размером в половину бочки, поднималась вровень с кронами деревьев. Его кожа блестела на солнце, словно была влажной или покрытой слизью; огромные, ярко блестевшие глаза свирепо смотрели на моряков.

Постояв некоторое время, словно изваяние, чудовище подняло щупальце и вытянуло его, словно огромную руку, указывая на вулкан.

Сразу же легкий дымок, курившийся над конусом вулкана, превратился в черную тучу, пронизанную вспышками молний. Раздался чудовищный взрыв, в воздух взлетела масса вулканических бомб, каменным градом обрушившихся на судно.