Читаем КИЧЛАГ полностью

Зависал на воле мало,Под ноль отмерили свободы,За стеной соседка Алла,Молодые были годы.Стучала Алла в стенку,Не признавала женский пол,Вспоминала брата Генку,Бутылку ставила на стол.Заходил заходник Вовка,Ставил выпивку на кон,Вспоминать ему неловко,Был на зоне чертогон.Выпивала Алла мало –Рюмку красного вина;О чем думала, мечтала –Алла ведала одна.Стучал Володька в стенку,Соседи щерились в дверях,Вспоминали грустно Генку –Пропал в Уральских лагерях.Длились долго посиделки,Открывали двери в коридор,Скользили вилки по тарелке,Курили папиросы «Беломор».Приносил гитару Вовка,Пел про север и Надым,Прокинул Вовка ловко,На зоне числился блатным.Гости поздно расходились,Курили дружно «Беломор»,Остатки водки пригодились,Наполнялся шумом коридор.Было выпито немало,Наступала ночь активно,Я знал, что стукнет Алла,Очень тихо, но призывно.

НА ГРАНИ

На грани тьмы и светаСкользкая очень дорога,Внутреннего ждут ответа,Забыв про доброту и Бога.Преступления – категория философская,От убийства до драк и дурачества,Агрессия прет отцовская,От матери – лучшие качества.Злобный возник лилипут,Меркантильный растет интерес,Из карлика вырос плут,В чужой карман полез.Пробегает по нервам испуг,Сознание раздвинет тьму,Вступил в порочный круг,Забыл про срок и тюрьму.По сердцу бежит холодок,Невнятно вещает душа,Пива сделал глоток –Будто крепкого выпил ерша.Никогда не поверит мать,Отдавая лучшее в муках,Что может дитя предать,Забывая дом в разлуках.Преступления даются непросто,Надо добрые всходы полоть,Срывают с души коросту,Живая трепещется плоть.За гранью зловещей тьмыТени рождают образ.Беспомощны, безропотны мы,Преступления накроят область.

ДРУГАЯ ЖИЗНЬ

Аист свободу принес,Ключи на серебряном блюде,Без отца и без матери рос, –Теперь я раскаялся, люди.Теперь я примерный пацан,На станке прогоняю детали,Сегодня выполнил план,И даже премию дали.Тетради купил, фломастер,«Неграмотным быть негоже», —Напутствовал в цехе мастер,В школу рабочей молодежи.Достойный теперь гражданин,В театр хожу и в кино,Стороной обхожу магазин,Сгубило когда-то вино.Жизни другой хочу,Другая жизнь не приспела,«Партии слава!» – кричу,Радею за общее дело.Встретил свою половину –Дом, семья и работа.Полюбил душой Катерину,Семейною стала забота.Жили бедно и просто,Были честней и добрей,Доходили нечасто до тоста,За здравие пили людей.Аист детишек принес,Ключ от квартиры на блюде,До мастера в цехе дорос…Так жили советские люди.

ВАГНЕР

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый дом
Зеленый дом

Теодор Крамер Крупнейший австрийский поэт XX века Теодор Крамер, чье творчество было признано немецкоязычным миром еще в 1920-е гг., стал известен в России лишь в 1970-е. После оккупации Австрии, благодаря помощи высоко ценившего Крамера Томаса Манна, в 1939 г. поэт сумел бежать в Англию, где и прожил до осени 1957 г. При жизни его творчество осталось на 90 % не изданным; по сей день опубликовано немногим более двух тысяч стихотворений; вчетверо больше остаются не опубликованными. Стихи Т.Крамера переведены на десятки языков, в том числе и на русский. В России больше всего сделал для популяризации творчества поэта Евгений Витковский; его переводы в 1993 г. были удостоены премии Австрийского министерства просвещения. Настоящее издание объединяет все переводы Е.Витковского, в том числе неопубликованные.

Теодор Крамер , Марио Варгас Льоса , Теодор Крамер

Поэзия / Поэзия / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия