Читаем КИЧЛАГ полностью

Со стройки принес кирпич,Долго любовался цветом,Не охватит его паралич,Живет зимой и летом.Толкал в сушилку тележки,Закрывал кирпич на замок,Толкал потихоньку, без спешки,Медленно двигался срок.Лебединая песня дальше –Солнце обитало в печи,Без суеты и фальшиДолжны загорать кирпичи.Кирпичи горячие, звонкие, –Наслаждался этим моментом,Издавали мелодии тонкие,Несравнимы с другим инструментом.Розово-красное чудо.Грузил лопатой бой,Как ценное старое блюдо,Брал кусочек с собой.Месил желтую глину,Сушил, обжигал кирпичи,Цех заменил малину,Бушевало пламя в печи.Стену гладит рука,Душа слезно гласит,Крышу снесло у мужика,Скажут – под дуру косит.Жалко до боли кирпич –Стал бездушной стеной,Охватил его паралич,Был теплый, звонкий, живой.

СКРИЖАЛИ

Прошел половину пути,Причаститься к закату успеть,Настроение – хоть в космос лети,Грехи не дают улететь.По зонам дорога пылила,Колючие были кусты,Отступила нечистая сила,На воле балдеют шнифты.Разлетелись веером ведьмы,Тенью пронеслись по стене,Попросил сынишка намедниКупола показать на спине.Время бьет по шарам,Время – пустая награда,Бесполезно идти к докторам,И к бабке идти не надо.Путь расписан с детстваВ высоких небесных скрижалях,Кому-то светит наследство,Кого-то больно ужалят.Треть пути отволок,Открыжили дозу скрижали,Судья добавил срок, –За что из зоны бежали.Кто сидел режимно,Никогда не дает зарок,Бывает натужно, призывноИз прошлого звонит звонок.

ГОРОСКОП

Легли с подельником на дно,Без водки, пива и похмелья,Зашторили на улицу окно,Играем в шашки от безделья.Гнем упрямо линию,Согласно библейским законам,За наколку блатную, синююПылил пятилетку по зонам.Ни одну не нарушили заповедь,Не ранили душу и плоть,Хапугу кинули на треть,Не осудит за это Господь.Прошлись по своим гороскопам –Недельку велят подождать,Не ляжет в голову копамРядом с ментовкой искать.Легли с подельником на дно,Не достигли по времени дна,Обстоятельство есть одно –Не доказана наша вина.В воскресенье пойдем на подъем,За городом – чистый родник,В лесу погуляем вдвоем,Под вечер зажарим шашлык.Гороскопы – великая сила,Звезды в четыре ряда,Уволился следак-лепила,В отделе теперь чехарда.Худосочна ГУИНа ботва,Не писал ее сучий диктант,С вами останусь, братва,Кореш, зек, арестант.Можно на деньги купиться,Можно купиться на славу,В тяжкое можно пуститься,Въехать в гнилую отраву.На добро не надо скупиться,Выбей тщеславия клин,В сознании вера клубится,

ПРИДОРОЖНОЕ КАФЕ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый дом
Зеленый дом

Теодор Крамер Крупнейший австрийский поэт XX века Теодор Крамер, чье творчество было признано немецкоязычным миром еще в 1920-е гг., стал известен в России лишь в 1970-е. После оккупации Австрии, благодаря помощи высоко ценившего Крамера Томаса Манна, в 1939 г. поэт сумел бежать в Англию, где и прожил до осени 1957 г. При жизни его творчество осталось на 90 % не изданным; по сей день опубликовано немногим более двух тысяч стихотворений; вчетверо больше остаются не опубликованными. Стихи Т.Крамера переведены на десятки языков, в том числе и на русский. В России больше всего сделал для популяризации творчества поэта Евгений Витковский; его переводы в 1993 г. были удостоены премии Австрийского министерства просвещения. Настоящее издание объединяет все переводы Е.Витковского, в том числе неопубликованные.

Теодор Крамер , Марио Варгас Льоса , Теодор Крамер

Поэзия / Поэзия / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия