Читаем КИЧЛАГ полностью

Вырывают фары в ночиАртистов знакомые рожи,Красных стен кирпичи,Прочь бегущих прохожих.На гибель летел «Мерседес»Во имя бредовых идей,От воли взрослых повесЗависела жизнь людей.Неизменно тихо в ночи,Несутся бредовые фары,Вдали осветили лучиМирно идущую пару.Поцелуи его горячи,Улетают в бездонную вечность,Двое влюбленных в ночи, –Любовь усложняет беспечность.Влюбленные шли по полоске,Что разделяла дорогу,Летели любви отголоски,Угодные Господу Богу.Не мог допустить Всевышний,Чтоб лилась невинная кровь,Нечистый у Господа лишний,Под защитой большая любовь.Кирпич заменил тормоза,«Мерседес» отлетел в сторонку,Напарник расширил глаза:Мы проиграли гонку.Запланирован в жизни случай,Лишились друзья навара,Пронеслась грозовая туча,Цела влюбленная пара.

БЛАТНЫЕ МЕТАФОРЫ

Сумерки явились, братцы,Руками шарю по утрам,Заглянуть бы надо в святцы,Слепота гуляет по шарам.Метафоры – большая шняга,Не опишут козьи лапки,Я – помощник у завмага,Какие сунут бабки.Эпитеты – кривой обман,Уйдут потомкам в назидание,Положил денежки в карман –Уходят сразу в подсознание.Приблуда – разовый эпитет,Бесогон метет пургу,Метафоры, пока поспите,К офтальмологу быстрей бегу.Добрый доктор клифтЦинкует мне хрустально:«Проколю сегодня шнифт,Вкачу новенький хрусталик».Шнифт – козырная метафора,К нам пришла издалека,Слаще будет сахара,Французского крепче коньяка.Эпитет врежет по макитре,Метафора золотая вошь,Рука тянется к поллитре,От изумления запьешь.

ГОЛУБОЙ ОТРЯД

Зачуханили голубые столицу,Не пройти к героям шипки,Гуляет геев вереница,Намеки непристойные, улыбки.Кому катить вину –Заденет многие персоны.Превратили в бордель страну,Голубые процветают гоны.Процветает голубой отряд,По зеленому ходит коридору,Предлагает гей-парадВ массы содом и гоммору.На эстраде – Голубые Огоньки,На телефоне – вежливый диспетчер,Старые развратные пенькиПокупают задницы на вечер.У власти понятия странные,Решает многое свита,Дети у них под охраной,Другие кобелятся открыто.Не волнуют сообщения страну,Насилие на детей, напасти,За яйца подвесить СатануНет желания у власти.Не увидишь розовых коленок –Показывают зад и ягодицы,У чиновников голубой оттенок,Расходится волнами от столицы.

ГРЕХИ

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый дом
Зеленый дом

Теодор Крамер Крупнейший австрийский поэт XX века Теодор Крамер, чье творчество было признано немецкоязычным миром еще в 1920-е гг., стал известен в России лишь в 1970-е. После оккупации Австрии, благодаря помощи высоко ценившего Крамера Томаса Манна, в 1939 г. поэт сумел бежать в Англию, где и прожил до осени 1957 г. При жизни его творчество осталось на 90 % не изданным; по сей день опубликовано немногим более двух тысяч стихотворений; вчетверо больше остаются не опубликованными. Стихи Т.Крамера переведены на десятки языков, в том числе и на русский. В России больше всего сделал для популяризации творчества поэта Евгений Витковский; его переводы в 1993 г. были удостоены премии Австрийского министерства просвещения. Настоящее издание объединяет все переводы Е.Витковского, в том числе неопубликованные.

Теодор Крамер , Марио Варгас Льоса , Теодор Крамер

Поэзия / Поэзия / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия