«Он и Джулиан, — рассказал Брюль, — начинали как никто, как нищие гики-маргиналы, лихие компьютерные хакеры. И то, что они вместе создали империю разоблачений, нанесшую мощные удары по секретным бастионам самых могущественных держав мира, их общая заслуга, что бы ни говорил сегодня обиженный на Берга Ассанж. Все довольно сложно и запутанно. Но у меня не было ни малейших оснований сомневаться в честности Даниэля».

Великие и ужасные

Критики отмечают, что фильм балансирует на грани между игровым и документальным кино. Имена главных действующих лиц сохранены, реальные факты преподнесены в сдержанной манере, отстраненно, без лишних эмоций. Этот тренд прослеживается и в других лентах про наши дни — «Социальная сеть», «Цель номер один», «Джобс». Внимание, конечно, приковано к главному герою. Но сегодня модно не выражать никакой открытой симпатии или ненависти. Одни увидят в облике экранного Ассанжа холодность, эгоистичность, надменность. Этакий «сволочь-манипулятор», как называет его подружка Даниэля. Другие — одиночество, одержимость идеей и страдания от предательства.

«Наша задача — заставить зрителя думать, — считает Кондон. — Мы вовсе не претендуем на то, что именно за нами последнее слово. Мы не выносим вердикт, мы, хотелось бы верить, стимулируем дискуссию. И один из главных вопросов, нас волнующих, — морально ли разоблачать государственные и военные секреты, если от этого могут пострадать безвинные люди? Уверен, еще будут сняты другие фильмы, игровые и документальные, об Ассанже и WikiLeaks. Сегодня, чтобы заставить человека покинуть уютную кушетку, отложить «ремоут-контрол» и отправиться в кинотеатр, нужна сильная мотивация. А что может быть сильнее любопытства? Фигура Ассанжа окружена мифами. И если мы хоть чуточку их развеем, я считаю, мы выполнили свою задачу. Только не называйте наш фильм байопиком. Мы не поднимаем Ассанжа на пьедестал, мы его не драпируем в тогу положительного героя. Мы взяли всего два года его дружбы и размолвки с Даниэлем Бергом, чтобы набросать довольно произвольный портрет, не претендующий на фотографическое сходство».

Кстати, о портрете: белая шевелюра Камбербэтча — это не тот случай, когда можно рассуждать, идет ему блондинистость или нет. Цвет волос делает ему другое лицо, так бывает. «Когда я впервые в парике посмотрел на себя в зеркало, то сказал: «О боже!» — признался «Итогам» актер. — Физически между нами есть много общего: высокий рост, сложение, некоторые черты лица. Но цвет волос у нас разный. Вообще играть человека, портреты которого можно увидеть на каждом шагу, очень нелегко. Нельзя зацикливаться на физических различиях: у него нос такой, а у тебя другой или там разный цвет глаз и так далее. Это может актера парализовать. Я же в жизни не похож на дракона, которого играю в «Хоббите», и пламя изо рта не умею пускать», — смеясь, добавил Бенедикт.

Камбербэтч, конечно, пока не легендарный Лон Чейни, «человек с тысячью лиц», но ряд известных персонажей, причем очень разных по психофизике, успел воплотить и в кино, и в театре, и на телевидении. Достаточно назвать Шерлока Холмса, Стивена Хокинга, доктора Франкенштейна, причем последнего он на сцене чередовал с монстром, словно доказывая, что его лицедейство не знает преград. Роль самого скандального ньюсмейкера нашей эпохи стала вызовом, который он принял легко и даже играючи. Другое дело, что актер вовсе не жаждет, чтобы его полюбили всей душой. И даже можно предположить, что зритель будет интересоваться этим фильмом, пока стоит шум вокруг Ассанжа и его детища. Будет ли это кино востребовано лет через пять — десять, вопрос открытый. Или актуальное кино, как и газетная заметка, живет один день? Все течет, все изменяется...

Торонто — Нью-Йорк

На трезвую голову / Искусство и культура / Художественный дневник / Театр

На трезвую голову

/ Искусство и культура/ Художественный дневник/ Театр

Генриетта Яновская поставила в МТЮЗе «С любимыми не расставайтесь» Александра Володина