Читаем Иоганн Гутенберг полностью

Впереди были годы экспериментов с целью совершенствования элементов ручной формы. Каждый отпечаток матрицы должен иметь одинаковую глубину, чтобы можно было получить буквы одинаковой четкости. Все литеры должны быть одинаковой высоты, иначе одни буквы будут отпечатаны слишком сильно, а другие могут вообще не коснуться бумаги. Буквы должны сочетаться определенным способом, поскольку от интервалов между ними зависит то, будут ли они читаться. При изготовлении ручной формы должно быть учтено, что более широкие (m, w) и прописные (A, B) буквы занимают больше пространства, чем узкие (l, i) и строчные (a, b) (которые наборщики позже назовут нижним регистром, поскольку они располагались в нижнем из двух ящиков на стойке наборщика). Помимо этого, должны быть приняты во внимание все нюансы, касающиеся размера шрифта (который сейчас измеряют в пунктах), гарнитуры и знаков препинания – для каждого варианта нужна собственная комбинация «пунсон – матрица». Каждая гарнитура требовала до 300 различных пунсонов, и на всех должны быть вырезаны буквы. Из них должны быть отлиты литеры, из которых затем нужно составить строчку, выравнивая их с точностью до сотых долей миллиметра. Гутенбергу также необходимо было совершенствовать десятки других мелких технологий: хранение литер, их объединение, составление из них большого количества страниц, поиск соответствующего пресса, изготовление подходящей бумаги и краски, а также контроль качества, который позволил бы убедиться в применении единых стандартов для каждого отдельного издания. Как вскоре обнаружили книгоиздатели, они находились на пороге мира, требовавшего высокого уровня мастерства, и им пришлось составить целые энциклопедии новых технических терминов.

В качестве примера рассмотрим два элемента – пресс и краску.

Хотя слово «пресс» почти сразу же стало ассоциироваться с книгопечатанием, до того как этот процесс начал набирать обороты, необходимость использования данного устройства не была столь очевидной. Можно делать копии, положив бумагу на смоченную краской рельефную форму, руками или с помощью ткани. Но эксперименты показали, что, для того чтобы на пергаменте и тряпичной бумаге получилось отчетливое изображение, нужно сделать оттиск. Примитивные прессы с деревянными винтами, которые нужно было вращать, чтобы заставить поршень двигаться вниз, были весьма распространены и использовались в производстве бумаги для высушивания листов. Эти устройства произошли от прессов, применявшихся при изготовлении вина и масла еще до времен Римской империи. Задача заключалась в том, чтобы приспособить данную технологию к книгопечатанию – расположить несколько страниц из литер, вставленных в массивную металлическую форму (вес которой иногда равнялся весу взрослого человека) так, чтобы поршень пресса опускался равномерно и оказывал одинаковое давление на каждый квадратный сантиметр, от внешнего края к центру.

Что касается краски, то Гутенберг, вероятно, знал, что в качестве основных ингредиентов можно использовать льняное масло, сажу и янтарную смолу, но ему нужно было экспериментировать, чтобы найти наилучшую комбинацию. Он наверняка обнаружил, что типографская краска представляет собой достаточно сложное вещество. Необходимо, чтобы масло, придающее ей блеск, было соответствующей консистенции; сажа (которую лучше всего получать путем сжигания масла и смолы) – тщательно прожарена для обезжиривания. Если Гутенберг уже тогда думал о цветных красках (а он так и делал, если желал создать конкуренцию рукописной продукции), то должен был консультироваться у художников и, таким образом, научиться использовать киноварь (ярко-красные кристаллы, которые когда-то считались кровью драконов) и голубой минерал, известный как ляпис-лазурь, для получения синей краски (минералы следовало растолочь в порошок и смешать с маслом в правильных пропорциях).