Читаем Инвестор полностью

– Я пустил тебя в свой дом не для того, чтобы слушать всякую чушь! Или ты мне помогаешь, или убирайся! Пока моя жена не будет рядом со мной, я буду делать так, как считаю нужным!

– Брат, успокойся.

Абиев нервно хохотнул.

– Успокойся? Тебя бы на мое место.

– Джафар, я люблю твою жену, как родную сестру! – воскликнул Рашид. – Мне очень больно, что ее сейчас нет с нами. Но то, что делаешь ты, – плохо. Эту женщину надо отпустить! А тебе пора в больницу. Посмотри на себя. Ты похож на мертвеца, можешь умереть в любой момент. Твое сердце не выдержит таких нагрузок!

– Вместо того чтобы ныть, сходи и накорми ее, – устало сказал Абиев и прикрыл глаза.

Его грудь ходила ходуном от сбившегося дыхания.

– Я могу психануть и сделать с ней что-то нехорошее. Так что лучше побуду здесь.

– Где она?

Джафар ткнул толстым пальцем в потолок.

– В спальне для гостей. С ней мой человек. Вон, на микроволновке пицца. Разогрей и отнеси. Возьми газировку. Управишься с одной рукой?

Рашид кивнул.

Когда все было готово, он положил на большую плоскую тарелку несколько кусков пиццы, на нее же поставил бутылочку минеральной воды и отправился на второй этаж.

Как только он ушел, Джафар вынул из кармана телефон, набрал чей-то номер и скривился. Абонент был недоступен. Азербайджанец невидящим взглядом пялился в погасший экран, до крови кусал губы.

– Где же ты, змееныш? – прошептал он, взяв в руки пистолет. – Почему не отвечаешь на звонки? Сережа, у меня кончается терпение!

Вскоре наверху раздались шаги Рашида. Когда он вошел на кухню, его лицо было хмурым и серьезным.

– Не мучай и отпусти ее, брат, – тихо сказал он. – Я видел ее слезы. Она нам в матери годится. Эта старая женщина ничего не понимает и все время плачет. Это жестоко.

Джафар принялся крутить пистолет в руках.

– Я тебе скажу, что такое жестоко, Рашид. Жестоко – это предавать друзей, оставлять в чужом доме торт из дерьма, сжигать склад и натравливать на тебя ментов. Наконец, жестоко – пугать до смерти детей и похищать беременную жену! Может, Самиру уже убили? Вместе с моим сыном, который вот-вот должен родиться!

Последние слова прозвучали, как отчаянный вопль. Обвислые щеки азербайджанца побагровели, покрасневшие глаза выпучились.

– У меня нет другого выхода! Как ты не понимаешь!

– Ты мог забрать его жену, – попытался урезонить родственника Рашид.

– Нет здесь его жены! – окончательно вышел из себя Абиев. – Она куда-то уехала вместе с ребенком! Неужели ты думаешь, что я не рассматривал этот вариант?!

– Джафар…

– Если бы у тебя яйца были покрепче, то мне не пришлось бы заваривать эту кашу! – выкрикнул азербайджанец, брызгая слюной. – Не могли с двумя уродами справиться!

Рашиду стоило громадных усилий удержать себя в руках, чтобы проглотить эти незаслуженные обвинения.

– Я просто хотел помочь тебе. Ты несправедлив ко мне.

Он подошел к родственнику. Тот был настолько взвинчен, что Рашиду казалось, будто от него исходят волны жара, словно от раскаленной печки.

– Если мне не вернут Самиру, то я задушу эту старуху собственными руками! – прорычал Джафар.

– Она отказалась есть, – сказал Рашид. – Ей очень плохо. Если с ней что-то случится, то этот грех будет на твоей совести. – Он осторожно положил руку на плечо Джафара, и тот неожиданно сник, съежился, сгорбился над столом.

– Если это спасет Самиру, то я готов на эту сделку, – чуть слышно проговорил он.

– Где твои дети?

– У сестры, – машинально отозвался Абиев. – Их надежно охраняют. Я заложил свои золотые часы.

– Почему ты думаешь, что во всех твоих бедах виноват Сергей?

Джафар выпрямился. Его лицо приняло выражение непритворного изумления, будто бы подобную мысль он услышал впервые.

– Ты ведь был у ментов? – продолжал Рашид. – Сказал про Черемесова?

– Нет.

– Но почему?!

– Ты дурак, Рашид, – устало произнес Абиев. – Мусора меня спросят: «Почему вы с ним стали врагами?» Я что, должен рассказывать про все наши дела? Тут уж надо либо все излагать, либо молчать. Я буду молчать.

– Но ты ничего не сможешь сделать в одиночку. Вся твоя родня в Баку. После уголовных дел против тебя никто не захочет иметь с тобой дела и помогать тебе.

Прежде чем Джафар открыл рот, пикнул мобильник, извещая о поступившем сообщении. Азербайджанец схватил телефон. Надпись на экране гласила, что такой-то абонент находится в зоне действия Сети.

– Вот и поговорим, – злорадно ухмыльнувшись, сказал Абиев и еще раз набрал номер Черемесова.

Рашид молча наблюдал за братом.

– Привет, мразь! – прошипел Джафар, как только услыхал знакомый голос. – Ничего странного не заметил? Все верно, она у меня. Не похоже, чтобы ты особо искал свою мамашу. Почему телефон вырубил?! – Абиев перевел дух и неожиданно завизжал: – Где Самира, шакал?! Не привезешь мою жену, я убью твою старуху! Разрежу на сто маленьких частей и скормлю псам! Сниму ролик и вышлю тебе! Ты слышал меня?! – Он в бешенстве кинул телефон на стол.

Одутловатое лицо накрыла смертельная бледность.

Рашид покачал головой.

– Что-то здесь не так, брат, – сказал он угрюмо. – Не так.

– Мне нужно принять лекарство, – прошептал Абиев. – Брат, там, в комнате…