Читаем Инферно полностью

Я прихватил ещё одну картофелину и вышел вслед за Квоттербеком. Он сидел на маленьком уступчике, от которого вниз катилась каменистая узкая дорожка. Я её сразу оценил — скользкое крошево туфа.

В самом низу дорожка упиралась в растрескавшуюся, пересохшую землю — она создавала опор огромному котловану, выкопанному словно под заказ, — ровные стены возвышались над нами на много метров, и вниз они шли так же ровно, гладко. В центре котлована торчала металлическая конструкция. Сердце забилось сильнее. Это была цель нашего Матча — знаменитая Ветка, на которую мне предстоит закинуть наше Солнце, обогнав Раннинга Луны хотя бы на несколько бесценных секунд.

Вечерело. Мягкие розоватые облака висели в гуще фиолетового неба. Было прохладно, но безветренно.

Знакомый горьковатый запах заставил меня оторваться от созерцания Ветки. Квоттербек сидел, прислонившись спиной к стене, и курил.

Странное зрелище.

— Кремань? — спросил я, усаживаясь рядом.

— Пачка за талон, — отозвался Квоттербек. — Дешевле отравы не существует.

Хотелось поговорить о завтрашнем дне, Вихрях и Ветке, но Квоттербек смотрел перед собой невидящим взглядом и думал явно о другом.

Оранжевый огонек тлел в его пальцах. Он проследил за тем, чтобы жар добрался до желтой полоски, выбросил окурок и выдохнул дым.

Подобрал лежащий рядом планшет, раскрыл его и достал ту самую книжечку. Я посмотрел — он ничего не сказал и только затрещал старыми измятыми страницами. Посыпались какие-то даты и названия, названия и даты, написанные то голубыми чернилами, то угольком, то красным карандашом. Все они, бисерно аккуратные, громоздились чередой на линованных страничках, заложенных кое-где закладками, карточками и просто обрывками бумаги.

Поле Капитана Акул. Тайтэнд. Третья линия. Первый сезон.

Поле Капитана Акул. Раннинг. Пятая линия. Третий сезон.

Поле Звезды на Востоке. Лайнмен. Первая линия. Второй сезон.

Поле Колокола Три Раза. Лайнмен. Третья линия. Первый сезон.

Поле Колокола Три Раза. Тайтэнд. Четвертая линия. Первый сезон.

Поле Мост в Небо. Раннинг. Первая линия. Пятый сезон.

Треск старых потертых страниц. Целая череда смертей вдруг выплыла из вечернего воздуха и сгустилась вокруг нас — бесконечные Тайтэнды, Лайнмены и Раннинги, бесплотные, окружили нас и всматривались незрячими глазами в страницы памяти Квоттербека.

А он нашёл нужную, вынул огрызок карандаша и перечеркнул знак вопроса напротив записи: «Поле Последней Анестезии. Тайтэнд. Третья линия. Пятый сезон».

Я посмотрел вниз. Там ещё теплился оранжевый огонек.

— Если я не введу твой код, — сказал я, — ты останешься здесь и сможешь стать тем, кем хочешь.

— Не вздумай! — заорал из пещеры Тайтэнд.

Аттам его упакуй с этим звериным чутьем…

— Не вздумай! — повторил он и высунул из пещеры нос. — Поверь на слово, не надо самодеятельности… — Он криво усмехнулся и торопливо скрылся.

Квоттербек сидел молча и смотрел на небо.

— Я…

— Раннинг, — сказал он — так, что я вновь почувствовал — это не просто слово, это имя, настоящее имя, и принадлежит оно только мне.

Квоттербек осекся, потрепал меня по затылку и встал, выпрямившись во весь рост.

— Вихри придут завтра в шесть утра. Действуешь строго по правилам. У Солнца есть все шансы победить.

Картофелем дело не ограничилось. У Тайтэнда нашлись в запасе три кукурузных початка и банка варенья. Из кармана он извлек пакетик с какой-то трухой и тут же заварил её в котелке. Запахло травами.

Вход в пещеру окончательно исчез — его заволокло ночной темнотой. Какое-то крылатое насекомое билось у костра, намереваясь нырнуть в него целиком, но своевременно останавливаясь.

Жаркие блики лежали на стенах. Я распаковал свой рюкзак, обнаружившийся в углу, и нашёл там порядком измятый спальник.

Им я накрылся и поджидал результатов готовки Тайта, а тот все колдовал, растирая несчастную кукурузу то одним, то другим порошком.

— Хватит, а то от неё ничего не останется, — сказал Квоттербек.

Кукурузу Тайтэнд уложил возле костра и переворачивал то одним, то другим боком. Я наблюдал за ним и ждал свою порцию, потому что не ел с самого перехода, а голод всегда сказывался на мне не в лучшую сторону.

— Держи, — неожиданно дружелюбно сказал Тайтэнд и протянул два горячих желтых початка.

Квоттербек молча взял третий. Он явно не был против такой дележки.

Я взял кукурузу и спросил:

— Значит, транспортировочный код вбивать на троих?

Квоттербек лежал на спине и смотрел в потолок. Вместо него, почему-то смущаясь, ответил Тайтэнд:

— В сущности, нет… Я так. Посмотреть пришёл.

И он обеими руками приподнял свою рубашку.

Там, где должно было быть сухощавое сильное тело, виднелась часть желтой стены. Что-то вырвало из бока Тайтэнда огромный кусок, оставив только часть ребер и совсем не оставив надежды на восстановление.

Он опустил рубашку и сунул мне какую-то банку.

— Штрафной гриб. Помнишь, мы его нашли? Я только часть съел, может, тебе когда пригодится.

— Выкинь, Раннинг, — сказал Квоттербек, не отрывая взгляда от потолка. — С тебя станется так же распорядиться…