В мире мифа человек часто воспринимает событие как знамение или предсказание оракула. С развитием философии он начинает учиться истолковывать это с точки зрения науки и причинно-следственной связи. На смену сверхъестественным причинам приходят природные. И все эти достижения, все эти изменения в мировоззрении были значимы, конечно же, не только для Греции, но и для всего мира.

От суровости средневековья до игривости барокко

С наступлением Средневековья древнегреческое искусство и многие достижения древнегреческих ученых были заклеймены как языческие. На первое место выходят культура и ценности христианства. Но все же полностью отказаться от того, что сделано древними греками, было невозможно. Научные разработки Гиппократа, Аристотеля, Пифагора и многих других использовались по-прежнему.

Да и в изобразительном искусстве и литературе Средневековья элементы древнегреческой мифологии все же присутствовали. Просто им придали немного иное направление, взглянули на персонажей древности с иной точки зрения. Например, почему бы в качестве иллюстраций к семи смертным грехам или просто грехам не использовать образы отрицательных героев мифа, таких как Мидас, Тантал и им подобные? Ведь жадность – всегда жадность, а подлость – всегда подлость, хоть в Древней Греции, хоть в Средневековье.

В качестве примера литературы позднего Средневековья, в которой были использованы мотивы древних мифов, можно привести «Божественную комедию» Данте Алигьери. Сюжет этой поэмы на первый взгляд полностью соответствует христианской (католической) модели мира: там представлены картины ада, в котором мучаются грешники; чистилища (местопребывание кающихся, или, скажем так, искупающих грехи); рая, в котором находятся безгрешные души. Повествование ведется от лица автора, а его проводником по загробному миру является римский поэт Вергилий.

Уже в самом начале повествования автор особо отмечает язычество самого Вергилия, но при этом отмечает его высочайший талант и значимость для всех последующих поколений поэтов: именно такое противоречие восприятия древней культуры средневековым человеком уже отмечалось выше.

А далее и на всех кругах ада, и на других уровнях потустороннего мира поэт и его проводник встречаются с десятками исторических лиц и мифологических персонажей древности: не только Греции, но и Рима. Правда, они немного видоизменились для удобства восприятия христианином, но вполне узнаваемы и носят привычные имена. Кстати, в начале путешествия автора и Вергилия перевозит через реку Харон – известный персонаж древнегреческих мифов. Впрочем, в «Божественной комедии» он приобрел скорее бесовский облик.

Интересно, что сам Данте называл свое произведение просто «Комедия». Слово «божественная» к названию добавил еще один известнейший итальянский поэт и писатель – Джованни Боккаччо, восхищавшийся творчеством Данте.

Д. ди Микелино. Данте и его «Божественная комедия». 1465 г.

На кругах ада Данте и Вергилий встречают Миноса, мифического царя Крита. По утверждениям древних греков, в царстве Аида он позднее стал судьей. В изложении Данте Минос становится чем-то вроде демона, посылающего на муки ту или иную душу. Ахилл, Елена и Парис также находятся в аду. Но если присутствие там Елены и Париса более или менее понятно (в качестве прелюбодеев), то что там делает величайший герой Ахилл? Дело в том, что по представлениям Данте он недалеко от них ушел. Хотя военные заслуги Ахилла Данте все же признает. А вот благородный Гектор обретается в так называемом лимбе – так называется первый круг ада, в котором находятся те, кто не совершил особых грехов, но умер некрещеным. Этого с точки зрения проецируемой Данте христианской средневековой морали было достаточно, хотя, если следовать логике, креститься Гектор не смог бы при всем желании.

Подвизается в аду и пес Цербер, имеющий облик демона и осуществляющий наказание грешников. Одним словом, мифологических персонажей, которых Данте поселил на страницах «Божественной комедии», можно перечислять бесконечно. Более того, он размещает там Юлия Цезаря, Еврипида, Аристотеля и прочих вполне реальных персонажей древней истории, а также героев Ветхого и Нового Завета.