Читаем Горечь войны полностью

Англичане также вели разведку. В 1907 году Военное министерство приступило к разведке местности в Бельгии, в окрестностях Шарлеруа, где, как предполагалось, должны были действовать в случае войны с Германией части Британского экспедиционного корпуса ⁶⁵. Одновременно Эдмондс пытался организовать разведывательную сеть МО-5 в Германии ⁶⁶. В 1910 году коммандеру Мэнсфилду Смит-Каммингу (офицеру ВМФ в отставке, любившему быстрые автомобили и аэропланы) МО-5 официально поручила разведку за рубежом. Этот Иностранный отдел впоследствии стал зародышем СИС (позднее МИ-6) ⁶⁷. В 1910–1911 годах в Германии были разоблачены и попали за решетку агент Смита-Камминга Макс Шульц (натурализованный предприниматель из Саутгемптона) и четверо немцев-информаторов. Также провалились: агент Джон Герберт-Споттисвуд, два офицера, которые, находясь в отпуске, по собственной инициативе осматривали береговые укрепления немцев, а также безрассудный юрист, питомец Итона, безуспешно попытавшийся сделаться двойным агентом ⁶⁸. Английские агенты действовали в Роттердаме, Брюсселе и Санкт-Петербурге ⁶⁹. Увы, документы Иностранного отдела остаются засекреченными, поэтому трудно сказать, в какой степени Великобритания была осведомлена о германских планах. (Думаю, что в небольшой: об этом свидетельствуют трудности, испытанные в 1914 году Британским экспедиционным корпусом при поиске неприятеля.) В действительности основная доля разведывательных данных, собранных английскими агентами, касалась подводных лодок и дирижаблей. Никто, однако, не счел нужным (или достаточно интересным) взломать иностранные военные шифры.

Удивительно, что высшие должностные лица всерьез принимали фантазии насчет вторжения. Так, полковник Уильям Робертсон из Департамента разведки Военного министерства в докладе, представленном в 1903 году Комитету обороны империи, указывал, что в случае выступления против Англии “лучший, если не единственный, шанс Германии добиться желаемого исхода противостояния состоит в том, чтобы нанести удар в сердце Британской империи прежде, чем английский флот успеет показать всю свою мощь, обрушиться на захватчика, заблокировать его флот, расстроить его торговлю и сделать его огромную армию бесполезной”. Робертсон (признавая, что “морские десантные операции в любом случае дело непростое, противнику необходимо дать понять, что мы не остаемся в неведении относительно идущих приготовлений и даже в случае беспрепятственного пересечения моря коммуникации корпуса, предназначенного для захвата Англии, рано или поздно окажутся нарушенными”), тем не менее настаивал, что немцы могут высадить “150–300 тысяч солдат… на восточном побережье Англии”:

Даже Эдуард VII в 1908 году выразил опасение, что его кузен Вильгельм II вынашивает планы “бросить на Англию один или два армейских корпуса и издать прокламацию, что он явился не как враг короля, а как внук королевы Виктории, чтобы оградить короля от шайки социалистов, разрушающих страну” ⁷¹. Старшие чиновники английского МИДа разделяли эти страхи. Постоянный замминистра Чарльз Гардинг, Айра Кроу (сам родившийся в Германии) и сам министр Эдвард Грей сходились на том, что “немцы рассматривали и прежде, и теперь вопрос о вторжении” ⁷².