Читаем Гении и прохиндеи полностью

У Швейцера Остап Бендер безо всякой личины, по словам режиссера это "человек цельный, свободный художник, враг пошлости и формализма, бессребреник, альтруист, мечтающий о бескорыстном служении обществу, человек, трагедия которого в том, что общество ее поняло его, не дало возможность приложить силы и раскрыться во всей красоте, более того, грубое общество, во сути, вынуждает его бежать за кордон, при виде чего, право же, трудно удержать слезы...

( Этот рай, этот мир припожаловали к ним ныне на дом. Надолго?

У Остапа Бендера, по его словам, было четыреста сравнительно честных способов отъема или увода денег. Был ли у него хоть один сравнительно честный способ увода детей? Кажется" нет. М.Швейцеру сравнительно честным способом /посредством обвинения родителей в насилиях и произволе/ удалось увести самого Остапа Ибрагимовича у Ильфа и Петрова, а вместо него подсунуть совеем другое дитя...

"Советские профсоюзы" №20

1968 год

О НАЦИОНАЛЬНОЙ КРОТОСТИ ВЕЛИКОРОССОВ

И вдруг меня осенило : "лицо еврейской национальнсти" это то же самое, что "бывшая жидовская морда".

Б.Сарнов

У критика Бенедикта Сарнова три больших влечения: любит порассуждать на военную тему, неутомим в борьбе за культуру вообще, за русскую в особенности, за русский язык в частности, и, конечно, не может жить без обличении антисемитизма. Во всяком случае именно эти "три кита" резвятся в его последних книгах -"Перестаньте удивляться!" (М.,Аграф.1998) и "Наш советский новояз" (М.,Материк. 2002).

Андре Жид мне рассказывал... Обе книга представляет собой многолетнее собрание сногсшибательных сюжетиков, соленых и кислых анекдотиков, пахучих побасёнок, замшелых побрехушек, завиральных версий и т.п. Еще десять лет тому назад знаменитый эстетик нашего времени Юрий Борев выступил с подобным сочинением "Фарисея", предвосхитив и названные труды Сарнова и "От Ильича до лампочки"Аркадия Арканова. По странной случайности все эти авторы примерно одного возраста и одного прекрасного цвета глаз.

На страницах книг Сарнова то и дело мелькает : "С.Я.Маршак однажды рассказал мне"... "В.Б.Шкловский рассказал мне однажды"... "С.И.Липкин однажды рассказал мне"... "А.А.Бек рассказал мне однажды"... "А.Г.Зархи однажды рассказал мне"... "А.Я.Каплер рассказал мне однажды"... "Наум Коржавин однажды рассказал мне" и т.д. И тут же в качестве источников забористых анекдотов, пахучих баек и других блистательных текстов мельтешат главным образом Аграновский, Алешковский и Чуковский, Гроссман, Шульман и Эрдман, Ваксберг, Замдберг и Слиозберг, Галич, Агранович и Войнович, Арканов и Бакланов, Рязанов и Хазанов, а также Николай Евреинов и Андре Жид. Всех не перечислишь! Вот как широк и разнообразен диапазон творческих интересов автора, сколь богата среда его духовного и физического обитания. Жаль только, что эти "источники" за редчайщим исключением (Яковлев, Коржавин, Войнович,- кажется, и всё), увы, ушли в лучший мир. Сарнов пережил их почти всех. Это лишает нас возможности при желании что-то уточнить или проверить: не злоупотребляет ли сочинитель своим долголетием?

Маршал Троцкий

С двумя последними из названных трех страстей всё понятно: первая объясняется литературным образованием и профессией, вторая нициональностью. А вот страсть к военной теме в самых разных её аспектах от довоенных знаков различия до вопроса о профессионализме наших военачальников и событий Великой Отечественной войны,- весьма загадочна. В армии человек не служил, на войне не был, а вот поди ж ты, судит-рядит.

Хотя бы со знаков различия и начать. Они, читаем в "Новоязе", были до войны такие: четыре кубика - капитан, одна шпала - майор, две шпалы подполковник, три шпалы - полковник ... И кто это ему сказал - Войнович, что ли, знаток армии? Ведь здесь всё - чушь. Четырех кубиков вообще не существовало, а остальное было так:

капитан - одна шпала, майор - две, подполковник - три, полковник четыре...