Читаем Гарри Поттер и Искусство Побега (СИ) полностью

Гарри кивнул. Из тех книг, которые он читал между работой в саду, прогулками с миссис Кейн, выполнением заданий на лето, книги о войне, об армии и о секретных службах составляли не меньше трети. И принцип подавляющей огневой мощи казался ему совершенно естественным. А война на дворе или не война — вопрос не столь однозначный, как кажется живущим тихой и мирной жизнью людям.

Тем не менее, Гарри умудрился намеками и иносказаниями, исключив все волшебные детали рассказать Саманте-Шарлин и о Локхарте, тем более что та была с ним неплохо знакома, и о подставе Малфоя с участием бывшего красавчика, благо о Малфое миссис Кейн была изрядно наслышана.

— Закрытые школы, особенно высшего разбора, всегда страдали от… таких вещей, — заметила она, узнав историю Пенни и Локхарта. — Я сама могу припомнить слухи, ходившие по нашим дортуарам, когда я была примерно в твоем возрасте. И далеко не всегда рядом оказывался такой изобретательный молодой человек, как ты, Гарри. Так что часто все кончалось значительно хуже, и преподавателям приходилось еще долго заметать довольно неаппетитные подробности под ковер. Впрочем… ты напомнил мне о довольно важном аспекте твоей подготовки. Конечно, лучше, если бы об этом поговорили с тобой наши бравые полицейские или один старый сморчок, у которого детей больше, чем у иного турецкого султана, но – увы…

После этого в «спальне Гарри» на втором этаже стали каждый день появляться книги и брошюрки, которые приводили мальчика в изрядное смущение. Еще более неловко было задавать возникшие у него вопросы миссис Кейн. Лесли, МакФергюссон или майор, который, как когда-то сказала Шарлин, из носящих юбки не очаровывал только шотландцев и своих подчиненных (насчет начальства Шарлин была не совсем уверена), и правда были бы для мальчика предпочтительнее, но действительно — увы.

Разумеется, у них были и менее неловкие, хотя и тоже малоприятные, разговоры.

— Мне кажется, ты уже сам подверг себя критике значительно сильнее, чем это сделала бы я или кто-то другой, — сказала миссис Кейн после рассказа о Малфое и его подставе в самом конце года. — Но, если это тебя успокоит — «Приемлемо, Гарри. Вполне приемлемо». Считай себя отруганным, и давай все же покончим с этим эпизодом.

Восьмого июля Хедвиг принесла Гарри утренний номер «Ежедневного Пророка» с колдографией семейства Уизли в полном составе, включая самых старших братьев Билла и Чарли (с которыми Гарри пока не познакомился лично) на фоне египетских пирамид. Видимо, Молли и Артур мудро решили потратить откупные от Малфоя-Старшего, замаскированные под выигрыш в Министерскую Лотерею, на реабилитацию тяжело пострадавшей от дневника Тома Реддла дочери и, выписав Чарли из Румынии, где он работал в драконьем заповеднике, выехали все вместе к Биллу, который работал в Африке разрушителем проклятий.

Ободренная присутствием всей семьи и сменой обстановки Джинни, наконец-то, выглядела на колдо счастливой, и Гарри, в который уже раз, с легкой грустью убедился, что Артур и Молли — отличные родители, хотя и несколько излишне безалаберные. Впрочем, счастливыми или, по крайней мере, довольными выглядели все Уизли, включая Коросту — крысу Рона, устроившуюся на его плече.

Еще пришло письмо от Дина Томаса, который из-за отъезда Уизли жил с мамой, отчимом и сестренками в Ньюэме, Лондон. В письме были адреса точек, где собирались нелегальные юнцы-мотогонщики, и кое-какие сведения об обычаях и правилах разных таких банд, а сверх того пара советов по тому, как присоединиться к этим отморозкам, если вдруг понадобится, и сколько это стоит. Гарри не помнил, чтобы он запрашивал у Дина информацию об этом, но в прошлом году ему все-таки стирали память, так что он ответил простым «Спасибо, то, что нужно!», а письмо на всякий случай прибрал — вдруг пригодится.

Еще через неделю, когда Гарри приготовил очередной завтрак, дядя Вернон внезапно сделал телевизор погромче.

— …Серийный убийца Сириус Блэк! — услышал Гарри. — Кровожадный террорист, виновный в смерти двенадцати подданных Ее Величества, вновь на свободе! Убийца вооружен и очень опасен, при встрече с ним не пытайтесь самостоятельно задержать его, а обратитесь в полицию по горячей линии…

Гарри на всякий случай запомнил и номер телефона, и показавшееся ему смутно знакомым лицо. Он заметил, что тетя Петунья тоже бросила на экран внимательный взгляд, и сразу за этим сместилась к окну, словно надеялась прямо сейчас увидеть сбежавшего преступника и получить обещанную награду за помощь в его поимке.

Тем же днем плакат с лицом сбежавшего Блэка появился рядом с полицейским участком, Гарри снова подумал, что где-то видел эту осунувшуюся и одновременно отмеченную печатью безумия физиономию, но быстро забыл о ней за очередным разговором с миссис Кейн, которая в этот день была Шарлин и рассказывала ему о Франции — и довоенной, и времен оккупации бошами.

Тридцать первого июля, почти сразу после полуночи, Гарри разбудили совы, влетевшие в окно. Сов было три, причем две из них поддерживали третью, выглядевшую очень, очень уставшей.