Читаем Гарри Поттер и Искусство Побега (СИ) полностью

Само собой, Директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, Великий Волшебник, Верховный Чародей и Председатель Международной Конфедерации Магов Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор просветил бы Дурслей вовсе не для того, чтобы они стали относиться к Гарри лучше. В конце концов, это он сам, лично, почти двенадцать лет назад подбросил мальчика им под дверь с приколотой к одеяльцу запиской и почти десять лет тщательно следил за тем, чтобы Служба Защиты Детей Соединенного Королевства не вытащила бы мальчика из чулана под лестницей, куда его определили «любящие» родственники, и не отдала бы в другую приемную семью, где к нему будут относиться нормально.

Скорее, Директор мог бы предупредить Дурслей только для того, чтобы Гарри случайно не решил, что они слишком далеки от человека, вроде той несчастной беременной пикси, напавшей на его подругу Гермиону Грейнджер, и не зашиб их, если они перегнут палку. Так что временами Гарри сомневался, точно ли он применил капроновый шнур к тому волшебнику, к которому надо.

Было еще несколько возможных причин того, что дядя Вернон перестал выражать свою неприязнь к Гарри чересчур назойливо, но для определения действительной Гарри пока не хватало данных. Поэтому он успокоил свою белоснежную почтовую сову Хедвиг и уставился в окно: от обычного, неволшебного мира он уже отвык и даже успел по нему соскучиться.

Когда они подъехали к дому Дурслей, Гарри получил еще немного информации к размышлению. Во-первых, решетки на окне не было, и лишь четыре не слишком аккуратно замазанных пятна выдавали места, в которых она крепилась к стене прошлым летом.

Во-вторых, когда дядя Вернон лично затаскивал чемодан Гарри в дом, мальчик заметил, что на нем тот же самый костюм, в котором дядя встречал его из школы в прошлом году. И дело даже не в том, что среди деловых людей, к которым причислял себя дядя, менять костюмы следовало регулярно: дело в том, что за целый год дядя не набрал еще пару десятков фунтов жира, как обычно, и прошлогодний костюм сидел на нем, пожалуй, даже несколько свободнее, чем нужно.

Встретившая их тетя Петунья тоже была в знакомом Гарри платье, а их с Верноном сын Дадли, кузен Гарри, так и не обзавелся очередным, пятым подбородком, ограничившись четырьмя, имевшимися у него в прошлом году.

Да и сам дом выглядел уже не как игрушечка, а несколько… обычным, и Гарри догадался, что тетя Петунья теперь не располагает временем, достаточным для того, чтобы десять раз на дню перемывать мытое и начищать чистое. Судя по относительно новым, но уже изрядно поношенным офисным туфлям, стоявшим у двери, тетя устроилась на работу — Гарри как-то слышал краем уха, что до замужества она обучалась на секретаршу.

«У Дурслей, похоже, проблема с деньгами! — подумал Гарри. — Неужели этот Мейсон действительно кинул дядю? А ведь я предупреждал его, что прежде, чем подписывать договор, неплохо бы прочитать его, особенно то, что написано самыми маленькими буквами!»

О маленьких буквах ему тоже говорили старушки, причем не просто говорили, а прямо-таки вдалбливали это в его голову.

— Как только устроишься, немедленно спускайся в гостиную, — сказал ему Вернон. — У нас будет разговор.

«Точно».

Раскладывая вещи по шкафам и по ящикам старого письменного стола, Гарри думал. Не мог же дядя ожидать, что Гарри познакомит его с Достопочтенным Финч-Флетчли, ради решения его, дядиных, финансовых проблем?

— Вот что, парень, — сказал ему Вернон, когда Гарри спустился по лестнице и встал рядом с дверью, глядя в глаза рассевшихся на диване Дурслей. — Мы сейчас не в том положении, чтобы баловать тебя и дальше.

— Вы все-таки прочитали тот договор, как я Вам и советовал? — поднял бровь Гарри: почему бы не сыграть на обострение сразу?

— Мальчишка! — взъярился дядя. — Ты заранее знал, что я никогда не сделаю ничего по подсказке ненормального!

— Тогда… — «задумался» Гарри. — Я бы посоветовал просто оставить меня здесь и, если уж вы не можете нормально ко мне относиться, просто не замечать меня.

— Думаешь, я дурак? Думаешь, я не понял, что ты только и мечтаешь сбежать из дома, как делал уже несколько раз?! — побагровел дядя. — Думаешь, что я тебя возьму и просто выгоню?

— Но Вам же самим этого хочется? — «удивился» мальчик.

— Неважно, что тебе хочется! — собственные хотелки дядя проигнорировал. — Ты останешься здесь, вот что! И когда придет мистер Прюэтт…

— Мистер Прюэтт? — теперь Гарри удивился по-настоящему. Фамилия была ему знакома. Девичья фамилия Молли Уизли, матери многочисленного волшебного семейства, в доме которого Гарри провел весь прошлый август, была именно Прюэтт. Но какие дела могут связывать Дурслей с волшебниками?!

— Это агент Фонда. Он будет расспрашивать тебя о том, как тебе здесь живется.

— То есть, я могу показать ему тот замечательный чулан, в котором жил до школы? — «обрадовался» Гарри. — И следы от решетки тоже показать?

— Он о них знает! — прошептала тетя Петунья. — Он о них прекрасно знает! И он сказал, что аннулирует ссуду, если еще раз…