Читаем Евгений Онегин полностью

He was in dances quick and light, Without tension he could bow:Легко мазурку танцевал И кланялся непринужденно;
What more you want?Чего ж вам больше?
The world said: why, He is a clever, pretty guy.Свет решил, Что он умен и очень мил.
VV
We all to learn had little go And anyhow something got,Мы все учились понемногу Чему-нибудь и как-нибудь,
With education, as you know, We all can shine, and bless it God!Так воспитаньем, слава богу, У нас немудрено блеснуть.
Onegin was in eyes of people, (Which were in judgements strict, not feeble,)Онегин был по мненью многих (Судей решительных и строгих)
A pedant but of science man. He had a happy talent then:Ученый малый, но педант: Имел он счастливый талант
He was enabled, slightly rushing, To speak of anything at once,Без принужденья в разговоре Коснуться до всего слегка,
As real expert does by chance. He could be silent in discussion,С ученым видом знатока Хранить молчанье в важном споре
His epigram's unwaited file Could make all pretty ladies smile.И возбуждать улыбку дам Огнем нежданных эпиграмм.
VIVI
But Latin's not in fashion now. To tell the truth but frank enough,Латынь из моды вышла ныне: Так, если правду вам сказать,
He knew the Latin anyhow: To talk about epigraf,Он знал довольно по-латыне, Чтоб эпиграфы разбирать,
Of Jouvenale to talk much better, To end with vale own letter, {2}Потолковать об Ювенале, В конце письма поставить vale,
Remembered, though with mistakes, Two little verses of Enaid's.Да помнил, хоть не без греха, Из Энеиды два стиха.
He never wished to rummage quickly In chronological thick dustОн рыться не имел охоты В хронологической пыли
Of writings of the life in past, But ancient anecdotes deeply -Бытописания земли: Но дней минувших анекдоты
From Romul to the present day - In depth of mind he kept away.От Ромула до наших дней Хранил он в памяти своей.
VIIVII
Not having any higher passion To rhymes to dedicate his life,Высокой страсти не имея Для звуков жизни не щадить,
Iambus he, at frank confession, From trochee couldn't tell meanwhile.Не мог он ямба от хорея, Как мы ни бились, отличить.
Feocrite, Gomer were reproved, Yet Adam Smith was well approved,Бранил Гомера, Феокрита; Зато читал Адама Смита
Перейти на страницу:

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия